Право налево

Мозг отказывался верить, что ей не приснилось, и по мере того, как замедлялись шаги Лены, замедлялось и её сердце.

Последним усилием беглянка втащила себя на крыльцо ближайшего подъезда и наугад набрала комбинацию из цифр на домофоне. Не сработало, видно в этом подъезде не было квартиры с таким номером. Вторая попытка. Третья.

Елена не запоминала, какие комбинации уже попробовала, просто нажимала на кнопки, потому что понимала – у неё осталось совсем мало времени.

- Кто? – сердитый голос раздался, когда она, чудом держась на ногах, почти потеряла надежду.

- Помогите, - звуки царапали горло, больше напоминая хрип загнанной лошади, чем  человеческий голос. – Спасите…

Последние силы её оставили, и Елена стекла прямо на бетон крыльца.

Странное оцепенение охватило  её, словно она разделилась: тело лежит на стылом крыльце многоквартирного дома, а другая её часть, лёгкая и прозрачная, парит в воздухе  и наблюдает со стороны.

Открылась дверь подъезда, и на крыльцо ступила немолодая женщина в сопровождении странной собаки, чем-то похожей на некрупную козочку серого цвета… Вон, и борода есть, короткий хвост стоит торчком, и рожки… Нет, это уши торчат из шерсти.

Ох, да что же это? – всплеснула руками незнакомка, наклонившись над Леной. – Ну-ка, вставай, а то через пять минут станешь, как этот бетон. Вставай, вставай!

Елене не хотелось шевелиться, но настырная женщина не отставала,  и ей пришлось вернуться в тело. Сразу же пришло ощущение слабости и холода.

- Ох, ты ещё и босая! Господи, девочка,  что с тобой стряслось, почему ты голая?  Вставай, двигайся, через силу шевелись, сейчас согреем тебя! А я ещё выходить не хотела, думала – балуется кто-то. Идиотов хватает – звонят в домофон, ерунду говорят и убегают.  Мотя лай поднял, к двери побежал, словно в туалет ему приспичило. Пришлось идти, - тараторила женщина, поддерживая Лену. – Вот сюда. Хорошо, у меня первый этаж… Входи. Сейчас разотру тебя, а лучше в горячую ванну!

Елена упала на что-то мягкое, видимо, диван. Сознание то уплывало почти за грань, то возвращалось назад."

"Измученное тело благодарно впитывало тепло. С сосульки, в которую на улице превратилась вымокшая от пота прядка волос,  упала капля. Следом вторая.

Лена успела подумать, что легко отделалась, как в её руки и ноги  вонзились острые иглы, и женщина замычала от дикой боли.

- Болит? Потерпи, милая, - заохала женщина. – Сейчас пройдёт. Это хорошо, что болит, это значит, что ты не обморозилась, а просто сильно замёрзла.

- Ммммм, - стонала Лена, а пальцы дёргало и выкручивало всё сильнее и сильнее.