Наконец-то вместе

Ли жадно наблюдала, как сиделка наливает воду из розового пластикового кувшина, стоявшего на подносе у кровати.

— Вам нужна соломинка. Сейчас раздобуду.

— Пожалуйста, не беспокойтесь. Я ужасно хочу пить. Сиделка попыталась поднести стакан к губам Ли, но та воспротивилась.

— Я сама, — заверила она, но втайне поразилась, скольких усилий потребовалось, чтобы просто поднять забинтованную руку и не расплескать воду. К тому времени, когда она отдала стакан обратно, рука тряслась, а в груди словно открылась рана. Опасаясь, что ее состояние гораздо хуже, чем показалось сначала, Ли с облегчением опустила голову на подушки и долго собиралась с силами, чтобы снова заговорить. — Что со мной?

Сестра Макки, похоже, была не прочь поделиться тем, что знала, но все же для порядка поколебалась.

— Честно говоря, вам следовало бы спросить доктора Меткафа.

— Обязательно, но хотелось бы сначала все услышать сейчас, от моей личной сиделки. Я никому не расскажу о том, что услышу от вас.

Иного поощрения сиделке не потребовалось.

— Вы были в шоке, когда вас сюда привезли, — призналась она. — Сотрясение мозга, переохлаждение, сломанные ребра и подозрение на повреждение шейного позвонка и прилегающих тканей — то есть, говоря языком медиков, травма от внезапного резкого движения головы и шеи. Несколько глубоких порезов скальпа, рваные раны на руках, ногах и торсе, но, к счастью, лицо почти не пострадало, и это уже само по себе чудо. Кроме того, синяки и ссадины по всему… Улыбаясь так широко, как позволяла распухшая губа, Ли подняла руку, чтобы остановить перечисление скорбного списка.

— Скажите, все это настолько серьезно, что потребуется операция?

Медсестра, казалось, была поражена столь оптимистичным настроем, но тут же уважительно качнула головой.

— Никаких операций, — заверила она, одобрительно погладив Ли по плечу.

— А физиотерапия?

— Не думаю. Но несколько недель вам придется нелегко, да и ребра будут беспокоить. Ожоги и порезы потребуют пристального внимания, могут остаться шрамы, которые необходимо…

Ли очередной вымученной улыбкой прервала новый поток угнетающих медицинских терминов.

— Я буду очень осторожной, — заверила она и немедленно переключилась к единственной интересующей ее теме:

— Где мой муж?

Сиделка смущенно отвела глаза и снова погладила Ли по плечу.

— Пойду узнаю, — пообещала она и поспешно вышла, оставив у Ли впечатление, что Логан где-то неподалеку.