Наказание за любовь

— Какого черта, что вы наделали, жалкие мерзавцы, вы, которые и мизинца его не стоите!

— Заткнись, дура, а то я тебя пришью, — сказал один из них.

— Да только попробуй! — тут же крикнула Халькатла, и Марко, несмотря на все отчаяние, не мог не улыбнуться. Ведь, по правде говоря, все трое они были бессмертны, хотя никому из них еще не приходилось встречаться с Тенгелем Злым лицом к лицу.

Но сейчас они ничего не могли поделать. Их притащили к маленькой заброшенной хижине на сетере недалеко от дороги и впихнули туда. Это была не та хижина, в которой ночевали Тува и Мораган, та была дальше на плоскогорье. А эта находилась почти в середине больших пустынных болот у Фокстюа.

Хижина на сетере была очень старой. В ней даже не было окон, только небольшое отверстие с деревянной ставенкой перед ним, и внутри было довольно темно. Лишь слабые лучики света просачивались в трещины между трухлявых бревен.

В это жалкое убежище бросили Марко, Руне и Халькатлу как раз в тот момент, когда Тува и Мораган смогли, наконец, поставить мотоцикл на колеса и вновь пустились в путь на север.

Они были на свободе и пока еще не обнаружены.

Но Марко и его друзья оказались в весьма трудном положении.

6

Они были одни в маленькой хижине на сетере и слышали, что большинство мужчин осталось снаружи сторожить их.

— Внутрь не заходить, — сказал Номер Один. — Никто не знает, какие еще фокусы может выкинуть эта троица, так что не дайте себя провести! Я еду навстречу моему господину. И когда мы вернемся, эти трое должны быть на месте!

Парни торжественно заверили, что так и будет.

— И как я уже говорил: не трогать их! Хозяину они нужны живыми, чтобы они были в состоянии и разговаривать, и вытерпеть его… маленькие хитрости дрессировки.

Столпившиеся возле хижины тихо и предвкушающе засмеялись. Но по тому, как их голоса дрожали, можно было догадаться, что они и побаиваются Номер Один, и не уверены в нем.

— Я возьму с собой несколько человек, — продолжал тот же неприятный голос, который они трое никак не могли узнать. — Чтобы охранять здесь, двадцати человек будет достаточно.

Шаги удалились.

Снаружи воцарилось спокойствие. По тому, как они переругивались, и по звуку падающих на камни карт, было очевидно, что парни уселись перекинуться в картишки. Они то и дело жаловались на холод в горах. А тут лежал снег, и от этого было еще холоднее.

— А кто он вообще такой… этот Номер Один, черт бы его побрал? — спросил чей-то грубый голос.

— Тише, — сказал другой. — Лучше не знать.

— У меня от него мурашки по коже, — сказал третий.

— Да уж. Хотя самый главный наверняка еще хуже.

— О, дьявол!

— Но у нас все в ажуре.