Наказание для мажора

С одной стороны мне было ужасно интересно, что он задумал, а с другой — я как-то не привыкла, чтобы за меня что-то решали. Наверное, это глупо, и любая другая на моем месте за такое внимание прыгала бы от радости. Я же никак не могла побороть в себе банальное упрямство.

Снова поймав себя на том, что опять прослушала часть лекции, достала смартфон и включила диктофон. Хоть что-то останется. Поэтому остаток пар прошел более или менее спокойно. Давно надо было воспользоваться этой функцией. От Андрея, самое удивительное, за все это время не было ни одного напоминания, и я подумала, должна признать разочарованно, что он, действительно, решил воспользоваться моим советом и «переключился на другой объект». И мое настроение опять упало."

"Разозлившись на саму себя из-за перепадов своего настроения, сбитого учебного настроя, молчу уже про убийственные взгляды Валерии, я решительно вышла из аудитории и наткнулась на причину моего неуравновешенного состояния. Андрей отлепился от стены, которую подпирал плечом, и направился в мою сторону.

— Что так тяжко? — поинтересовался Макарский, заметив, что я тяжело вздохнула.

— День сложный, — буркнула в ответ. Не признаваться же ему, что вместо того чтобы слушать лекции, только и делала, что думала о нем. — И настроение не очень…

Может так до него дойдет, что «сюрпризы» я не люблю.

— С настроением, я думаю, все будет отлично, — оптимистично заметил Андрей.

Мимо нас, громко фыркнув, продефилировала Валерия, но внимание Макарского было приковано ко мне.

— Но ты так и не сказал мне ничего… — возразила, чувствуя себя уже не так уверенно под таким взглядом.

Андрей чертыхнулся.

— Ева, а просто довериться мне ты не можешь? — Он смотрел мне в глаза. Но не так, как обычно, а совсем по-другому. Словно передо мной стоял совсем другой Андрей Макарский, которого я совсем не знала, а не самый популярный парень среди девчонок, мажор и повеса.

Я задумалась. На самом деле — могла. Ведь с его стороны не было никаких подстав или подлянок. Просто у него такая манера поведения, и он никогда не притворялся, а открыто заявлял о своих желаниях, пусть они, как правило, шокировали. Я уже хотела ответить согласием, но Андрей, пока я раздумывала, принял мое молчание за отказ.

— У меня два билета на премьеру, которая пройдет в честь открытия нового молодежного развлекательного центра, но они в машине, — произнес недовольно. — А поскольку начало позднее, в десять вечера, то домой ты сможешь попасть далеко за полночь. Именно поэтому я сначала попросил разрешения у твоей мамы. — Андрей замолчал, а мне стало ужасно неловко.

— Извини.

— Да что уж теперь, — проворчал он, засовывая руки в карманы.