Наказание Дамира

На его четко очерченных губах опять расцветает кривая полуулыбка, когда он отвечает на второй вопрос, — И потому, что нам будет хорошо.

— Пф, — коротко выдаю на такую самоуверенность, закатывая глаза, — А если нет, мне дадут жалобную книгу?

Черные глаза напротив весело сверкают.

— Весь интернет в твоем распоряжении, Жень, — заявляет Дамир и отправляет кусочек хинкали в рот."

"— Я подумаю, — беспечно киваю я, чувствуя, как расслабляюсь от того, что все в итоге сводится к обмену шутками.

Но, Керефова такой вариант, похоже, не устраивает. Либо он понимает меня не так.

— Конечно, думай. На ""подумать"" у тебя ровно шесть часов. К восемнадцати жду на парковке, — совершенно будничным тоном заявляет он и пододвигает к себе салат.

На это мне хочется закатить глаза еще раз, но лень повторяться.

— Зачем же так долго? — ехидничаю я, не скрывая сарказм, — Еще и ехать куда-то…Может прямо тут предложите, как надумаю через пол часика?

— Где тут? В ресторане? — немного шокировано уточняет Дамир. Даже для него, похоже, это слегка дикий вариант.

— В офисе, — уточняю я.

— А-а…Нет, Жень, в офисе не предложу, — отрицательно качает он головой и разливает нам чай по стеклянным пиалам.

— Интересно, — тяну я, подбирая кулачком подбородок и с любопытством взирая на своего собеседника, — Это из принципа? Действительно на работе никакого интима?

Керефов криво усмехается, снова принимаясь за салат.

— Не в этом дело, Жень, — сообщает мне тоном, которым обычно ведутся дружеские беседы, но точно не договариваются о «переспать», — Просто секс в офисе он — быстрый, агрессивный, физически не очень удобный. Подозреваю…

Черные насмешливые глаза опять гарпунами впиваются в мое лицо, ловя каждую эмоцию.

— Подозреваю, ты пока с такого не кончишь, — доверительно заканчивает свою мысль Дамир.

Он замолкает, а я чудом не давлюсь своим несчастным пхали. Легкий шутливый флер, витающий до этого над нами, тут же пропадает, и в этом душном, уплотнившемся вокруг воздухе мне становится нечем дышать. Кровь приливает к лицу пульсирующим жаром.

— Неожиданный ответ, — бормочу я, чтобы сказать хоть что-то, и отвожу глаза, потянувшись за своим чаем.

— Я хочу, чтобы у тебя был оргазм, что тут неожиданного? — просто добивает меня Керефов своей способностью будничным тоном произносить обычно непроизносимые вещи.

Вместо ответа шумно глотаю чай. Он застревает где-то посередине шеи, царапая горло.

— И всё же я, пожалуй, откажусь. Нет, — сообщаю хрипловатым голосом, желая любым способом поставить точку в этой безумной беседе.

Керефов хмурится, сцепляя руки в замок перед собой и подаваясь ко мне через стол. Препарирующий взгляд шарит по моему порозовевшему лицу, ища каких-то объяснений.