Наказание Дамира

Пружинистой походкой, словно земное притяжение резко перестало меня держать, направляюсь в IT отдел. Громко здороваюсь со всеми, кто попадается на пути, залетаю в наш с Ромкой закуток и нахожу его там запаренным и глубоко несчастным."

"— О, Жек! — Злобин поднимает на меня страдальческий взгляд, — А ты чего сияешь как медный таз? В лотерею выиграла или новые антидепрессанты прописали?

— Прописали, — фыркаю я, кидая сумку на стол, — Но, прости, не поделюсь — строго по рецепту.

— Жаль, мне б понадобились, — вздыхает Роман, — У нас тут склад с погрузкой не бьётся. Не могу найти, где косяк.

— Это после ночного обновления?

— Да.

— Бл… — тихо рычу я, ощущая, как приклеенная было улыбка сползает с моего лица, а земное притяжение вновь давит на позвоночник.

* * *— Ребят, вы идете? — Алексей Борисович застывает около выключателя в выжидательной позе.

— Да, сейчас, — машет Ромка и снова склоняется ко мне, подпирая кулаком подбородок.

Я строчу код. Глаза уже чешутся от напряжения. Надо бы все-таки купить защитные очки.

— Ну, я выключаю, — предупреждает начальник отдела нараспев и вырубает основной свет, в опен спейсе тут же воцаряется густой полумрак, подсвеченный только моей настольной лампой и несколькими работающими мониторами, — Давайте, не засиживайтесь. Пятница же всё- таки. Да и основной баг устранили — до понедельника терпит.

— Хорошо, Алексей Борисыч, до свидания! — подаю голос я.

— Пока!

— Пока!

Дверь за начальником захлопывается. Мы остаемся с Ромкой вдвоем.

— Тут поменяй, — тычет Злобин в монитор, а затем нервно косится на свой смартфон, мигающий принятым сообщением.

Берет его, читает, вздыхает долго и тяжело, с таким искренним страданием, что мне становится еще паршивей. Мой телефон молчит. Восьмой час…Восьмой час твою ма-а-ать…Злые слёзы почти подступают…

— Жень, может правда пойдём, а? — начинает Ромка аккуратно, — Хера тут сидеть! Вон и Борисыч дал добро…

— Что? Катька написала? — цежу с деланым равнодушием сквозь зубы.

— Да там… — мнется Ромка, а потом все-таки пускается в откровения, — У нас в девять теплоход, джаз…Романтик, короче…Хочешь с нами?

— На ваш романтик? Уволь! — фыркаю я.

— Ой, да ладно, — отмахивается Рома и доверительно сообщает, — Ты че, если вы благодаря мне помиритесь, мне в два раза больше перепадет.

Подмигивает и ржет. Я тоже невольно улыбаюсь.

— Хочешь сказать еще не перепало, — закатываю глаза.

— Ну, знаешь, это из благодарности. Это другое…Пошли, короче! Поболтаем, потанцуем, выпьем, м? Катя очень рада будет, если объявишься…Жек?

Я молчу, кусая губы и пялясь в монитор. Я думала, что у меня на сегодня есть уже планы. Я думала…Но уже восьмой час! Восьмой…

— Ну, что? Идем? — продолжает увещевать Роман.

— Нет, ты иди.