Найди сердце королевы

Я приближаюсь к нему ещё больше, опираясь руками на сиденье, моя голова находится на уровне его плеч, взгляд устремлён точно в его глаза, и никуда больше.

– Я клянусь, что сейчас нахожусь в здравом уме и не буду жалеть о том, что сделаю, – шепчу я. – Поцелуй же меня.

Несколько секунд проходит, прежде чем он опускает взгляд на мои губы и рассматривает их словно в неуверенности. Вид отсутствующий, будто Гай находится далеко отсюда, где-то в своём мире, где отступают все страдания, которые ему пришлось вытерпеть.

– Я не могу тебя поцеловать, – шепчет он, не отрывая взгляда от моих губ. – Хочу, но не могу.

– Мне придётся остановиться.

Может быть, он чувствует подвох? Может, он гораздо чувствительней, чем хочет казаться? Может, считает, что я снова направлю на него оружие?

– Один поцелуй ничего не изменит, – шепчу я в ответ.

Его пальцы касаются моей щеки, потом доходят до губ и опускаются ниже, к шее.

– Ты не будешь затем жалеть о том, что сотворила? – спрашивает Гай.

– Невозможно жалеть о поцелуе с тобой, – выдыхаю я.

И тогда моя просьба исполняется: он хватает моё лицо и притягивает к себе. Я крепко цепляюсь рукой за его рубашку, сжимая пальцы.

Наши губы сталкиваются друг с другом.

Мир переворачивается вверх дном. Я больше не чувствую опоры под собой, я просто парю где-то в небе. А поцелуй такой влажный и полный страсти, что всё моё тело ноет от желания и вожделения. Гай Харкнесс стал единственным человеком, кто привнёс такие непривычные ощущения в мою жизнь. Наверное, поэтому я никак не могу забыть его касания.

Шоколад с моих губ исчезает благодаря языку Гая, и наш поцелуй теперь со вкусом батончика с ореховыми нотками.

Его руки укладывают меня на сиденье, прижимая к кожаной поверхности. Гай нависает надо мной, и его холодная цепочка касается моей шеи, потом части груди, когда его голова вдруг опускается ниже. Он отрывается от моих губ, целуя кожу на шее, а я протестую против этого, не желая разрывать контакт так рано. Я хватаю его за лицо и притягиваю обратно, шипя:

– Нет, нет, нет… Целуй меня в губы… Пока мне ещё недостаточно.

– Каталина… – шепчет он, его дыхание такое громкое и сбивчивое, что я принимаю его за стон. И от этого у меня внизу живота снова приятно тянет. Точно так же, как в те дни, когда я ещё не знала страданий и по-настоящему любила Гая, не зная, кто он и зачем пришёл в мою жизнь. – Каталина, боже…

Я притягиваю его к себе ближе за ворот рубашки, снова впиваясь в губы. Его руки по обе стороны от моего лица, они упираются в кожаное сиденье подо мной, окна вокруг нас запотевают. Раздвинув ноги, я обхватываю ими бёдра Гая и ясно ощущаю упирающуюся мне в промежность выпуклость даже через его штаны.

Моё сердце горит. Оно как раскалённый уголёк пылает в груди, согревая всё тело.