Найди сердце королевы

Гай усмехается, протянув ладонь и гладя мои волосы. При этом он не перестаёт следить за дорогой.

– Всё будет, моя роза. Когда настанет время.

Мне почему-то не нравится слышать фразу «Когда настанет время». Она будто подразумевает под собой то, что это время может настать через сотни лет и веков.

А потом я начинаю задумываться о странных предположениях.

Прочистив горло, набираюсь смелости и решаюсь спросить:

– Ты не хочешь близости со мной из-за Алексис?

У Гая сжимаются на руле руки. Костяшки пальцев белеют так, что серебряные кольца на их фоне больше походят на фольгу.

– О чём ты? – спрашивает он.

– Ты не из тех, кто спит с кем попало, да? И, может, ты не хочешь касаться меня, как это полагается, потому что ещё во мне не уверен? А может, ты меня и не хочешь вовсе?

– Откуда такие глупые мысли, Каталина?

– По-моему, не глупые… Ты ведь… ты даже не позволяешь мне касаться тебя. Ты предпочитаешь сам управлять процессом и при этом не даёшь мне как-то действовать в ответ. Ты даже стараешься лишний раз не показываться мне без верха. Что это может значить?

Он вздыхает, и этот звук я принимаю за поражение. Будто он сдаётся. Будто я оказалась права.

– А если я хочу, чтобы приятно было и тебе?

– Мне и так приятно. Приятно видеть, как приятно тебе.

Я цокаю языком, а потом смеюсь.

– Ты мне не веришь? – спрашивает Гай.

Наверное, я просто спятила, раз думаю об одном и том же при виде него. О да, один лишь его вид и факт того, что он мой, заставляют меня много фантазировать, и фантазии эти хочется поскорее претворить в реальность.

– Каталина, – жёстко выдаёт Гай. – Я ведь могу и наказать за игнорирование моих вопросов.

От неожиданности я сглатываю, округлив глаза и повернув голову в его сторону. Его очень радует моя реакция.

– Я… – У меня всё внизу ноет, и я свожу ноги вместе, чтобы избавиться от этого чувства.

Боже ж ты мой. Кажется, мне и в самом деле нравится такое.

Мне не надо ничего отвечать, чтобы он понял всё по моему лицу.

– Ах вот как, – усмехается Гай, приоткрыв рот от удивления. – Так вот что тебя возбуждает.

– Прекрати, Гай. – Я прикрываю лицо от смущения и чувствую, как разгорячена моя кожа.

– Хорошо. Не стесняйся, милая. По крайней мере, не стесняйся хотя бы во время ужина. А затем мы уж придумаем, чем заняться.

Я вижу из окна, что мы подъезжаем к роскошному высокому зданию, повторяющему формы дворца. Над широкими золотистыми дверьми висит витиеватая надпись на, кажется, французском языке.

– Французский? – интересуюсь я, пока мы выходим из машины.

– Хорошо, – смеюсь я.

Мы входим в фойе, и у стойки нас встречает хостес. Она приветливо улыбается, будто очень рада видеть нас.

– Добро пожаловать в наш ресторан, мистер Харкнесс, миссис Харкнесс! – проговаривает она. Улыбка у неё белоснежная.