Найди сердце королевы

 – Я много наслышан о жене Кровавого принца.

– Когда вы успели много услышать обо мне, если в браке мы всего ничего?

Такое ощущение, что они оба не ожидали того, что я буду говорить без разрешения, поэтому даже переглядываются.

– Слухи и сплетни распространяются очень быстро, – отвечает Митчелл, нахмурив почти бесцветные брови.

– Митч – сын босса русской мафии, – заговаривает Дианна почти гордо. – Им принадлежит весь Бостон, и…

– Мне, честно говоря, насрать, – отвечаю я безразлично.

Они оба отшатываются от удивления.

– Я… – начинает Дианна, но горничная, внезапно вошедшая в холл через парадные двери, опережает её своим голосом:

– Прошу прощения, что прервала вашу беседу, но водитель уже прибыл.

Дианна встряхивает бархатными волосами, поправляет своё роскошное платье, подходит ближе ко мне и тычет меня в плечо, произнося:

– Посмотрим, на сколько тебя хватит и как скоро ты сдашься. Харкнессы не всем по зубам.

Усмехнувшись, я отвечаю:

А затем разворачиваюсь и ухожу к лестнице.

Гай выглядит гораздо лучше, чем в мой последний визит. Кожа не так бледна, губы более розовые, вернулся блеск в глазах.

Я счастлива видеть его выздоравливающим.

– Я принесла тебе поесть, – произношу, постучав костяшками пальцев по дверному косяку.

Повернув голову в мою сторону, Гай мягко улыбается, будто очень рад нашей встрече. Он приподнимается с кровати и убирает волосы назад рукой. Вид у него усталый.

– Мне надоело лежать в кровати целый день, – жалуется он. – Я не привык сидеть без дела.

– Пока ты выздоравливаешь, будешь сидеть на месте, – строго выговариваю я, притягивая стул ближе к кровати. – Это не обсуждается.

Гай издаёт краткий смешок:

– Моя королева мне приказывает?

У меня от таких слов голова идёт кругом, но я держу себя в руках, когда отвечаю:

– Да, приказываю. А теперь открой рот, как послушный мальчик, и ешь.

У него слегка приподнимаются брови от удивления, а я не верю в то, что это всё спокойно сказала ему в лицо. Ещё и таким серьёзным тоном.

Нанизав на вилку кусочек варёного мяса, я подношу его к губам Гая. Он послушно открывает рот.

– Молодец, – говорю я, когда он стягивает говядину с вилки зубами.

– Ты первая женщина, которая видит меня в таком уязвимом состоянии, моя роза, – произносит Гай, жуя. – Я не знаю, должен ли радоваться или грустить по этому поводу.

– Мне только в радость впервые ответить заботой на твою заботу.

На его губах снова появляется улыбка.

Я хочу его поцеловать. Лечь рядом и обнять так крепко, что забудется весь мир. Забудется всё, что когда-либо существовало. Потому что в такие моменты для меня нет иного смысла жизни, только Гай, только он…

– Чем занималась, пока я бездельничал? – спрашивает он.