Нахалка на его голову

Макс, думаешь, Арину держат здесь?

- Нет, конечно, зачем ей идти в вип-комнаты с кем-то? Кроме меня, ха-ха.

- Тихо! – Рявкнул я, пытаясь прислушаться, но посторонних звуков больше не было.

Наугад распахнул пару дверей.

- Чёрт! – Чужие сплетённые тела - здесь полным ходом шёл процесс. За другой приват-танец. Здесь пусто. Снова пусто. И ещё две заперты изнутри.

- Эй, чё происходит? Вы кто такие? – Это прибыла охрана клуба. – Вон пошли!

- Спокойно! – Мои ребята продемонстрировали огнестрел. – Ищем девушку.

Они что-то ещё говорили, а я переводил взгляд с одной запертой двери на другую, ощущая, как с каждой секундой тают шансы Арины на хороший исход. На мгновение прикрыл глаза, возвращая воспоминание, пытаясь понять, с какой стороны был смутный стук. Ударил одну из дверей ногой. Один раз, второй, с третьего она с треском отлетела. Шагнул внутрь, приказав себе абстрагироваться, запретив чувствовать и думать о том, что увидел. Но внутренности уже беспощадно скрутило в тугой узел отчаяния и ужаса.

Быстро выхватил пистолет:

- Руки убрал от неё, мразь! – И тут же предупредительный в зеркало за спиной от урода, чтоб поторопился и сразу понял, что не шучу. – На колени и руки за голову!

Снежинский сделал, что ему сказали. Первым порывом было метнуться туда, где на чёрном шёлке лежала Арина. Какая-то неестественная, неподвижная. Кровь стучала в ушах, словно барабан туземцев. Если только он что-то с ней сделал – убью урода здесь же!

- Влад, стой, где стоишь! – Струкова вцепилась в плечо мёртвой хваткой. – Всё, спасибо, я сказала! Твоя работа сделана! Отойди! Макс, вперёд, давай! Ты нашёл её. Снимаем, Сёма, не спи, не спи!

- Эээ, - Старский подошёл к кровати и нелепо вытянул шею, пытаясь всмотреться в Арину.

Я прорычал:

- Пульс проверь!

- Ах, да, точно! Проверим пульс. Вроде, есть. Надо вызвать скорую!

- Вызвали уже, – донеслось сзади от одного из ребят. – И полицию тоже.

Макс опустился рядом с кроватью на колени, погладил Арину по щеке, поцеловал её безжизненную руку. Я отвернулся, чтобы не видеть. Заметил открытую бутылку сладкой гадости, которую так любила Арина, присел рядом с ней и присмотрелся. Оттенок будто другой и осадок белый на дне. Этот гад ей что-то подсыпал. Взял в руки бумажную салфетку и аккуратно закрутил крышку – эта улика отправится в полицию."

"По совету Струковой Старский уложил голову Арины себе на колени и принялся протирать ей лицо смоченным в холодной воде полотенцем. Заботливый принц, мать твою.

Прибыли медики и полиция. Снежинский отказался разговаривать без адвоката, и его увели. Я дал показания и проследил за тем, чтобы бутылку со странным осадком зафиксировали в качестве улики. Арине тут же поставили капельницу, и спустя несколько минут её веки дрогнули.