Нахалка на его голову

Он расплетает наши пальцы и готов шагнуть назад, а я, неясно откуда набравшись наглости, напрочь забыв про стыд и будучи сама от себя в шоке, вдруг прижимаюсь к нему всем телом, обхватываю его лицо двумя руками, и касаюсь губами его губ.

Наш второй поцелуй. Только успела подумать, и контакт прервался. Ветров бесцеремонно оттолкнул меня:

- Ты что, чёрт возьми, делаешь?

Смотрит так удивлённо, будто не он целовал меня каких-то пару дней назад! Нормальный, вообще? Перевела взгляд на его губы и прошептала:

- Целую тебя…

- Зачем? – Ветров, и правда, выглядел удивлённым.

- В смысле? После того, что случилось в бассейне…"

"- Ах, вот в чём дело!

Ветров провёл рукой по волосам, затем обошёл вокруг одного из столов, оперся на него ладонями и пристально взглянул на меня исподлобья. Чеканя каждое слово, сказал:

- Давай-ка проясним всё, раз и навсегда, Арина. Тот инцидент был досадной случайностью, ошибкой и ничего подобного больше не повторится. Я повёл себя недопустимо по отношению к участнице и сожалею об этом.

К участнице. Вот, кто я для него – просто «участница». Прищурила глаза, лихорадочно соображая, пытаясь понять – он это серьёзно сейчас? Мужчина выглядел невозмутимым и собранным. Губы сомкнуты, между бровей залегла морщинка. Совсем не таким он был тогда, после бассейна, и я прекрасно помню его дыхание с привкусом кофе, жадные губы,  жаркие объятия, хриплый шёпот «Ариша, малыш».

Где ты настоящий, Влад?  Тогда был или сейчас? Поверила в то, во что сама хотела поверить, убедила себя, что сейчас он лжёт!

Смело подошла к разделяющему нас столу и оперлась на него так же, зеркаля позу начальника службы безопасности. И, глядя ему прямо в глаза, чётко сказала:

- А я – нет.

В наклоне декольте моего уродского платья оттопырилось, отчего грудь едва не вывалилась наружу. Я провоцировала намеренно, и откуда только наглость взялась? Но Ветров даже бровью не повёл. Ни одного намёка или жеста, по которому можно было бы заподозрить, что ему хоть сколько-нибудь интересно то, что находится у меня ниже глаз.

Его зрачки чуть расширились, делая глаза ещё темнее, затем мужчина моргнул, отвернулся, равнодушно пожал плечами и небрежно бросил, двигаясь в сторону двери:

- Сочувствую. Но, думаю, переживёшь.

Переживёшь? Шта? Сжала кулаки, топнула ногой и раздражённо спросила:

- Почему?

Влад оглянулся, держась за дверную ручку, скользнул взглядом по столу, стулу, по мне и обронил лениво:

- Не интересно.

- Что это значит, блин блинский? – Крикнула в отчаянии. - Я – не интересна?!

Вот только не надо так закатывать глаза! Ветров посмотрел на меня таким взглядом, словно смертельно устал и от этого разговора, и от моего общества:

- Слушай, дело не в тебе, дело во мне, ясно? Хотел, как лучше с этим танцем, а получилось как всегда.