Нахалка на его голову

– Мерзкий предатель! Почему она?

- Эй, Аринка-мандаринка, - Макс выставил вперёд руки и сделал шаг по направлению ко мне, - успокойся!

- Не надо меня успокаивать! Почему? Отвечай! Почему она? Ты даже не видел её эти дни! Что она тебе сделала?

- С каких это пор я тебе отчитываться должен? – Макс прищурился и брызнул слюной. - Ты кто такая вообще? Следом за ней хочешь отправиться? Так я тебе устрою!

- И отправлюсь! Отправлюсь! Нашёл, чем пугать! – Я не помнила себя, истерику было уже не остановить. – Великий султан Макс Старский, всея гарема! Тьфу на тебя!

- Ну, всё, Кострова. – Угрожающе прошипел Макс.

В этот момент сквозь пелену слёз показалось лицо Нади. Подруга погладила меня по щеке и улыбнулась:

- Тише, Арин. Всё нормально, правда. Всё, всё. – Она гладила меня по спине, и я чувствовала, что и правда успокаиваюсь. Затем Надя прошептала на ухо. – Сделай кое-что для меня, обещаешь?

Я лишь кивнула со всхлипом.

- Выиграй, а? Не отдавай никому победу. Пройди в финал и забери приз. Я в тебя верю. Обещаешь?

- Не хочу. – Прохныкала я. - Я тоже хочу домой.

- Эй, отставить слёзы. Я зря, что ли, ухожу? Я бы не пережила, если бы пришлось с тобой бороться, но теперь у тебя соперниц нет, понимаешь? Сделай это ради меня, утри им всем нос!

- Я… не знаю…

- Обещай!

- Хорошо, я постараюсь.

- Так-то лучше. А теперь пойди, умойся и извинись перед Максом. Поняла меня?

- Да.

- Люблю тебя.

- И я.

Стеклянным взглядом я следила за тем, как Старский ведёт Надю на выход. Теперь нас шесть. Что-то оборвалось внутри в тот момент. В душе стало пусто и холодно, но слёз больше не было.

Влетела в ванную и долго стояла, оперевшись руками на раковину и глядя на своё отражение. Бесит! Это не я там в зеркале, не я! Смыла весь грим и вышла в столовую. Надо найти Макса, чтобы извиниться.

Переступила с ноги на ногу перед дверью в аппаратную, решительно её распахнула. Ирина Викторовна размашисто подписывала бумаги, которые ей подавала Рита. Сёма Хворостов что-то объяснял видеомонтажёрам. Ветров надевал пиджак и даже не взглянул на меня. Зато Струкова ткнула пальцем и посмотрела поверх стёкол очков:

- Кострова, ты-то мне и нужна.

Понурила голову и вздохнула:

- Простите, Ирина Викторовна, я должна извиниться за своё поведение.

- Не за этим! – Раздражённо оборвала Струкова. – Перед Старским извиняйся завтра, сегодня он уже уехал.

- Уехал?

- Рита, отдай ей повестку.

- Что это? – Я растерянно повертела в руках кусочек тонкой жёлтой бумаги.

- Вызов на допрос к следователю по делу Снежинского. К сожалению, проигнорировать не можем, придётся ехать.

Открыла было рот, чтобы спросить «когда», но Ветров обронил небрежно, уже на полпути к выходу из аппаратной:

- Завтра утром в восемь будь внизу.