Нахал

– Э-э-д? – наглец распахнул полы халата, высвобождая большой эрегированный член.

Пикнуть не успела, как он направил в меня своего бойца. Нижние губки раскрылись, сантиметр за сантиметром принимая его эрекцию.

– Я пошутил, – изрек низким командным тоном, толкаясь до матки.

Его долгий прямой взгляд означал – сопротивление бесполезно! Нас охватила сексуальная лихорадка. Я стала цепляться за него, превращаясь в клубничное мороженое. Вся текла. Обвила руками крепкие предплечья, позволяя проникать еще глубже.

– Ты безумец.

Влажные лбы соприкасались.

– Но ты меня хочешь.

Обратила внимание, как раздулись мышцы на его шее и руках. Мама дорогая, какой же он сильный! Удерживал на весу, будто я ничего не вешу. Тихонько всхлипывала, ощущая большой твердый член внутри. Сейчас он двигался нарочито медленно, позволяя прочувствовать каждую выступающую венку. В ложбинке между ягодиц скапливался пот. Дыхание перехватило. Так остро и глубоко. В ушах звенело от нарастающего напряжения…

– Ты мне вернешь всё, что потерянно. Сегодня же, – зловеще пообещал, проскальзывая кончиком языка в рот.

Я задышала чаще. Горячая эрекция и холодный приказной тон подводили к точке кипения. Сильнее сжала бёдра, ощущая невероятную пульсацию в клиторе. Между ног бушевал ураган… Словно сквозь пелену послышались какие-то голоса и крики на площадке.

– Эд… – устремила на него молитвенный взгляд.

Пульсация между ног достигла критической отметки. Мне необходимо было кончить.

– Окей, – самодовольно хмыкнул.

Умеренная скорость толчков сменилась яростной качкой. Он ускорился: неистово молотил бедрами, сдавливая мою задницу, должно быть, до синяков. Бесов трахал как ненормальный, прижимая к стенке лифта, а я вместо того чтобы сопротивляться, расщеплялась на атомы в его сильных руках. Между ног стало подозрительно влажно, а толстый член пронзал без остановки. Вперед-назад. Вперед-назад. Крупная головка раскрывала чувствительные губы, исчезая глубоко внутри, чтобы с каждым новым толчком всё ближе подводить к краю пропасти удовольствия…

Я стиснула зубы – не хотелось кричать на весь подъезд.

– Э-д… – простонала, впиваясь пальцами в его предплечья.

Мышцы живота свело, во рту пересохло. Я замерла, смакуя каждую ошеломляющую эмоцию. Прикосновения нахала, точные и острые, вознесли в стратосферу. Оргазм оглушил, унося все дальше в открытый космос. Эд продолжал наращивать свой дьявольский темп. Волны теплоты кругами расходились по бёдрам: дрожала, как осиновый лист, сжимаясь и дергаясь вокруг его члена.

Вдруг Эдик резко замер, глядя в глаза. Его челюсти были плотно сжаты. Секунда, и он покинул меня, изливаясь на бедро. Мамочки, мы снова не предохранялись.