Наглый. Дерзкий. Родной

– Мисс Холмс, – насмешливо выдохнул он, – рад вас видеть.

Мне стало стыдно. Я отвела взгляд и, кажется, покраснела, чем вероломно и воспользовался Эдуард: он нагло положил обе ладони мне на талию и привлек к себе поближе.

Позор какой, боже!

– Я… у меня машина сломалась, – пробурчала я, скидывая его руки.

– Блин, а я уж обрадовался, думал, ты за мной проследить решила, – сверкнул он глазами."

"Эдуард медленно поднял руку и коснулся моей щеки кончиками пальцев. Осторожно убрал за ухо прядь волос, при этом проникновенно глядя в глаза.

– Зачем мне это? – отшатываясь, пробурчала я.

– Не знаю. Может, хочешь узнать, где я живу? – предположил он со смешком.

– Хочу, – призналась я, – узнать, кто ты, где живешь, кем работаешь и почему ты прицепился именно ко мне!

Он не смог сдержать победную ухмылку, а я почувствовала себя круглой дурой.

– Но раз уж меня обнаружили, то, пожалуй, пойду переваривать собственное фиаско как частного детектива, – прорычала я.

– Я с тобой, – радостно вызвалось чудо.

– Не надо, позор я предпочитаю переживать в одиночестве.

Эдуард неожиданно взял меня за талию, ловко развернул и впечатал в стену, закрывая своим телом от прохожих и всего мира. Заглянул в глаза, сглотнул и очень серьезно признался:

– Кать, ты себя со стороны видела? Ты когда по улице идешь, мужики бошки сворачивают и облизываются на тебя, как коты в марте. Ты обалденно шикарная, такая, что дыхание замирает. У меня шансов подкатить нормально и не услышать подробное направление движения просто не было. Ты ж вечно в своих мыслях, занята, куда-то торопишься. Простому пацану тебя не вытянуть, ты сама сказала. А я реально простой. У меня нет дорогой тачки и богатых родителей, живу на зарплату в съемной квартире с братом. А ты живешь в шикарном районе, ездишь на дорогой машине и выглядишь на миллион баксов. Вот и придумал… Хотел увлечь, чтоб тебе интересно стало, любопытство разбудить и завоевать. Мне при других раскладах ты бы даже во сне не светила. Перегнул малость с креативом, но я по жизни такой, Кать. Мне даже врач в справке так и написал: «Психических отклонений нет, просто запущенный хронический оптимизм».

– Сколько тебе лет? – прошептала я.

– Двадцать шесть, – криво улыбнулся он, не отпуская моего взгляда ни на секунду.

– Как-то неправильно начинать отношения с вранья, – выдавила я сквозь ком в горле.

– Не поверишь, Кать, я ни слова вранья не сказал.

– И правды тоже, – буркнула я.

Он вдруг медленно наклонился ко мне, провел губами по моей щеке, вызывая стаю мурашек по всему телу, и шепнул на ухо:

– Не гони меня, а, Кать? Слово даю, тебе со мной скучно точно не будет.

Сердце забилось в груди с удвоенной силой, щеки пылали, а я не могла разобраться в собственных чувствах.