Наглый. Дерзкий. Родной

Наплевав, что у меня накрашен только один глаз, подскочила и поспешила ему навстречу.

Мот зашел в спальню, запер дверь и улыбнулся, широко и открыто.

– Прости, – выдавила я.

– За что? – брови Матвея поползли вверх.

– За Стаса, за то, что тебе… Что он тебе сказал?

– Это наше дело, – отрезал Матвей.

– Прелестно! – всплеснула я руками."

"– Катерина моего сердца, не нервничай ты так, все нормально. Поговорили, порешали все. Нормальный мужик твой бывший муж, за сына переживал. Я ему пояснил, что да как. Я бы тоже на его месте напрягся, если бы моего ребенка чужой мужик собирался воспитывать.

– А ты… – я осеклась.

– Никуда не уйду, даже не мечтай! – отрезал Скиртач. – Иди сюда, ты че расстроилась-то?

– Не знаю.

– Не знаю, – передразнил меня Матвей.

Взял за шею, рывком притянул к себе, обнял и уткнулся носом в макушку.

– Катюха, чтоб ты там опять ниче себе в голове дурного не нарисовала, я сегодня буду на работе допоздна. А завтра увидимся вечером, да?

– Да.

– Ну вот и хорошо. Ты глазик-то второй докрась, или это твой неповторимый стиль – в любой стрессовой ситуации с одним накрашенным двигаться? Хотя, как по мне, тебе без косметики намного лучше. А без одежды ты просто богиня.

Я не могла не улыбнуться. Чувствовала, как меня отпускает, и улыбалась ему в шею, успокаиваясь.

Матвей наклонился ко мне, взял за подбородок, притянул к себе и быстро поцеловал.

– Я пошел. До завтра?

Последнюю фразу он произнес так, словно… Просил?

– До завтра, – прошептала я.

– Пойду с Федором попрощаюсь, – подмигнул мне Матвей и вышел.

Я пошла за ним, с улыбкой наблюдая, как Мот серьезно объяснял Феде, что ему нужно срочно ехать на работу и клятвенно обещал, что придет завтра и покажет ему «тот самый крутой удар!».

Серьезно пожав руку моему сыну, Матвей ушел, успев снова украдкой поцеловать меня у порога.

Глава 38

Катя

За Матвеем закрылась дверь, а я, наконец, навела марафет и позвала Федора:

– Ты оделся?

– Да! – закричал сын из своей комнаты.

– Поехали, – махнула я рукой.

Мы собрались, сели в мою машину, я включила музыку и ждала, пока двигатель прогреется. Смотрела на ту самую легендарную помойку, где мне не посчастливилось познакомиться с Эдуардом, и ностальгически улыбалась. Той самой влюбленной глупой улыбкой.

Он ушел полчаса назад, а я уже скучала. В груди ныло от желания поскорее его увидеть, хотелось физически подтолкнуть стрелку часов вперед, чтобы наступил завтрашний вечер.

Однако при воспоминании о его заминке в кухне мой пыл поугас. Я не витала в розовых облаках и прекрасно понимала, что Матвей младше, что, возможно, он не готов к таким отношениям, которые вырисовываются у нас.

Чувства – это хорошо, но есть реальность.