Наг для мятежной Дюймовочки (СИ)

Даже денег мне предлагал, чтобы я Джуя посильнее поколотила.

— Ты его убила?

— Кого?

— Джуя?

— Зачем? Гремлина да, чуть не убила, но он, гаденыш, сбежал.

Вождь задумчиво посмотрел на свой кулак, перевел взгляд на Миндяйку:

— Кого, говоришь, он похитил?

— Мою сестру, — вмешалась я.

— И что? — спросил он почему-то у Миндяйки.

Челюсть орчанки выдвинулась вперед еще сильнее:

— Не поняла? Ты не хочешь помочь сестре моей лучшей подруги?!

— Чего? — растерялся вождь от такой быстрой смены настроения любимой.

А та сгребла полы его жилетки в охапку и рванула вперед, отчего лицо орка придвинулась к ней совсем близко.

— Я не поняла, ты против того, чтобы освободить сестру моей подруги из лап злобного гремлина и придурочного орка?!

— Я? При-ма моя, я только за!

— Все не так просто, — вмешался в разговор Аншас. — За ее похищением стоит как минимум один клан нагов.

— Сундуйчик, — приблизив лицо мужа еще ближе к своим глазам, с угрозой поинтересовалась Миндяйка.

— Для великого вождя племени Зашибок нет ничего невозможного! — просипел он.

Лицо орчанки расплылось в довольной улыбке, и она чмокнула своего сквола в нос.

— Я так и знала! — гордо заявила она, отпуская его.

— Шаман! — тут же завопил вождь.

И рядом со мной подскочил на месте Думдук:

— Да, вождь.

— Мы идем спасать… — он перевел на меня вопросительный взгляд.

— Зою, — наблюдая за происходящим широко раскрытыми глазами, подсказала я.

— Мы идем спасать Зою. Иди бери, что там тебе надо, чтобы ее найти и открыть портал, — постановил вождь.

— К-какой портал? — растерялся Думдук.

Но его уже никто не слушал. Миндяйка подорвалась с места и подняла кубок величиной с мою голову:

— Идем спасать Зою! — выкрикнула орчанка, но никто из орков не среагировал. — Сестру моей подруги! — добавила она, но адекватной реакции не добилась. Прищурилась, а потом оскалилась и заявила: — Идем грабить нагов!

В зале ненадолго повисла тишина, а потом орки дружно и радостно взревели:

— Да!

Грабить кого бы то ни было явно было их любимым занятием. А Миндяйка посмотрела на меня, подмигнула и завопила еще громче:

— За искусство, за любовь, за свободу!

— Да! — снова вторили ей орки под радостный звон кубков.

Глава 14. О том, как это было"

"Порывы ветра сбивали с ног, внезапно начавшийся снег залеплял глаза и не давал кадилу в руках бегавшего рядом орчонка толком разгореться, но Думдук продолжал самозабвенно скакать вокруг костра и бить колотушкой в бубен. Булькало ритуальное варево, огонь под ним то почти затухал, то разгорался с неистовой силой. Думдук танцевал. Он был готов так скакать хоть сутки, лишь бы у него получилось задуманное. Вот только на это он рассчитывал мало.

То, что от него требовала Миндяйка, было за гранью его возможностей.