Наезд по понятиям

В размере ста пятидесяти тысяч долларов.

– У вас есть доказательства?

– Да, у нас есть показания потерпевшего! – ошарашил Игната Шпагин.

– Вы бы на пушку меня не брали, капитан. Глупо это с вашей стороны и смешно…

– Боюсь, что вам будет не до смеха, Бурлаков… Объясняю для тех, кто в бронепоезде. Гражданин Шаталов обратился к нам с заявлением о том, что некий Лев Иванович Купавин, а с ним еще два бандита вымогали у него деньги…

– Я не знаю, про каких бандитов он говорит. Мы с

Львом Ивановичем вовсе не бандиты…

– Так, значит, вы не отрицаете, что были в банке вместе с Купавиным?

– Капитан, уши разуй, да. Я ж тебе русским языком сказал, что да, был в банке вместе с Купавиным. Но во все не для того, чтобы вымогать деньги. Как раз наоборот, мы хотели помочь Игорю Шаталову. Он попал в трудную ситуацию…

– Знаем мы, в какую ситуацию он попал. Такие же

бандиты его на деньги развели.

– Ну, то, может, и бандиты были. А мы честные предприниматели…

– Ты можешь говорить все, что угодно, Бурлаков. Хоть соловьем пой, хоть лягушкой квакай. Но показания потерпевшего у нас есть. И он готов подтвердить эти показания в суде. Так что гореть тебе синим пламенем…

– Все, горю! Сгораю от страха… Ладно, допустим есть показания Шаталова, пусть на меня можно навесить обвинение в вымогательстве. Но почему я разговариваю с тобой, капитан? Где следователь? Где, в конце концов, прокурорское постановление?

– Все будет, и постановление, и прокурор… Просто понимаешь, в чем дело, следователи у нас, как правило, люди мягкие. С законом дружат. А мы, опера, люди безбашенные. И закон нам не всегда указ… Короче, мы с тобой должны договориться, Бурлаков. Завтра у тебя будет разговор со следователем. И ты подробно, под запись, рассказываешь ему, как было дело. Де, я, гражданин Бурлаков, требовал у гражданина Шаталова сто пятьдесят тысяч долларов в качестве оплаты за незаконные охранные услуги…

– Круто! – презрительно фыркнул Игнат. – Ты хочешь, чтобы я лег в могилу да еще сам себя закопал… Знаешь, я бы тебе ответил, да матом ругаться неохота…

– Какие мы воспитанные! – недобро усмехнулся Шпагин. – А вот нас плохо воспитывали. А ведем мы себя ну просто ужасно. Старуха Шапокляк от зависти лопается. Знаешь, какую мы пакость придумали, а?

– Даже не догадываюсь.

– А я тебе подскажу… Кто у нас господина Ковригина на тот свет отправил?

– Извини, капитан, я этим вопросом не задавался.

– Зато мы задавались. И сдается нам, что это твоих рук работа…

– Детский лепет на лужайке. У вас нет никаких доказательств.

– Зато у нас есть оперативная информация. А еще на днях мы закрыли четырех амбалов из бригады Ковригина…

– Ну и что?

– Представляешь, Бурлаков, все ладно было в бригаде Ковригина. И коммерсанты подшефные, и деньги.