Наедине с драконом. От ненависти до любви с тобой

Я считала его редкостным придурком, о чём не раз ему сообщала, но он всё равно постоянно возникал за моей спиной или перед моим носом. Не счесть, сколько раз я так врезалась в его грудь. И если раньше Хантер был лишь набором костей, то теперь мне приходилось биться лбом о литые мышцы.

– Закончил. Уйди с дороги, псих.

Мне надлежало демонстрировать отличное воспитание и знание манер, но с ним я становилась базарной хабалкой, готовой переквалифицироваться в вышибалу.

– Тесса, Тесса, – он ухмыльнулся, обнажая белоснежные зубы. – Ты знала, что применение приворота карается тюремным сроком?

Я похолодела от ужаса. Горло сдавило ледяными тисками. Ни вздохнуть, ни сдвинуться с места, и не отвести взгляд от торжествующего лица Хантера.

– Что? – я попыталась рассмеяться. – Что ты такое придумал?

– Я всё записал, Тесса. Приходи вечером в мою комнату, покажу. А заодно и расскажу, чего я хочу, – Хантер склонился ко мне.

Впервые его лицо находилось так близко, что я ощутила давящий аромат металла и чувствовала горячее дыхание на коже.

– Вечером, – повторил он и словно лениво отклонился назад.

Развернувшись на пятках, Хантер сунул руки в карманы форменных брюк и неспешно двинулся прочь по коридору. Я так и осталась стоять в замешательстве, глядя ему вслед.

«Расскажу, чего хочу» – гремели в мыслях его слова.

И мне было страшно даже представить, что мой преследователь решит потребовать за молчание.

Глава 1. Тессария. Уровень ненависти 100%, любви – 0%.

– Ненавижу Хантера Дигби, – пробормотала под нос, направляясь в мужское крыло общежития.

Эта истина была неизменной в моей жизни с первого курса. Правда, не с первого взгляда. Вначале мне казалось, мы очень похожи. Драконы – сильнейшая раса нашего мира, мы быстрые, выносливые, обладаем самым большим резервом, но пока не приручим своего духа в астрале, мало чем отличаемся от обычных людей. Нам с Хантером не повезло, мы оба пришли на первый курс с плохим зрением. Само собой, и мы, и все окружающие понимали, что наша слабость временна, да только это никак не отменяло насмешек и издевательств.

Я чистокровная представительница сильного рода, меня не рисковали трогать в открытую, но постоянно шептались за спиной. А Хантер был приёмным, хотя тоже чистокровным, так что ему доставалось. Я болезненно реагировала на все насмешки, относящиеся к очкам и плохому зрению, потому все брошенные в его сторону злые слова воспринимала на свой счёт. А Хантер тогда был другим, замкнутым, вечно хмурым, хилым и ещё прыщавым. Он не давал сдачи, потому нападки на него становились всё жёстче.

В тот злополучный день Коул Рисли толкнул его на пол, облил издевательствами и в довершение раздавил ногой очки. Хантер не отвечал, кажется, собирался оставить всё как есть.