Школьный Надзор

Он понимал, что теряет, возможно, драгоценную минуту, но звонить Лихареву при Анне все равно не хотел.

– Что у тебя? – бодро ответил Лихо. Похоже, он никогда не засыпал.

– Кажется, я был прав, – сказал Дреер. – По поводу джиннов.

– Надо бы тебе дать команду «отставить», но…

– Не надо. Пожалуйста.

– Вот и я про то. Чем тебе помочь?

– Если вдруг не выйду на связь к утру – поднимите шум. Накатайте «телегу» куда следует.

– Вечно где ты, там и шум.

– Не вечно. Надеюсь, в этот раз совсем без шума.

– Кое-что уже разрядил. Был повод. Виктор Палыч, еще… У вас Интернет какой-нибудь под рукой сейчас есть?

– Найдите мне там одну картинку и сбросьте на телефон. Нужно. А у меня времени на поиски нет.

Запрошенная картинка пришла, когда Дмитрий уже сидел рядом с водителем, а серебристая машина мчалась по Петербургу, явно превышая скорость. Дреер тщательно отслеживал линии вероятности, и поэтому ничего не грозило ни автомобилю, ни пешеходам. Одновременно надзиратель продолжал, не оборачиваясь, допрашивать Анну, которая нахохлилась сзади.

Как сотрудник Инквизиции, Дмитрий имел полномочия привлекать людей к содействию, манипулируя сознанием и волевой сферой. Потом они ничего не помнили, зато Инквизиция щедро платила. Отсутствие болезней, исправление некоторых пробоев в ауре (то, что в просторечии зовется «кармой») – среди всего этого директива в Ночной Дозор об исключении имярек и всех его близких из вампирской лотереи выглядела бесплатным бонусом.

Хотя имярек, естественно, и не подозревал о том, что какой-то там генератор случайных чисел выбирает, быть ли ему съеденным оборотнем или упырем, а взамен добрый волшебник кого-нибудь вылечит или спасет.

От Анны Дреер узнал еще немало подробностей. Например, что портал в квартире нашел Толик Клюшкин. Вампиры особенно чувствительны к разного рода входам и выходам в человеческих жилищах, недаром они не могут войти без приглашения. Поэтому даже юный упырь, оказавшись в новом помещении, будет исследовать все способы проникнуть внутрь или уйти наружу. Это у них в крови, если можно так выразиться.

Дмитрий знал про такую особенность вампиров, но связать это с происшествиями сегодняшней ночи ему не приходило в голову.

Плохо, наставник Дреер, сказал он себе. Надо мыслить шире.

Темных пятен во всей этой истории до сих пор оставалось немало. Впрочем, кое-какие догадки у Дмитрия имелись. А картинка в смартфоне, присланная Лихаревым, косвенно все это подтверждала. Хотя ни один суд в мире не принял бы такое доказательство, включая самый высокий трибунал Инквизиции.

Машина выехала к Дворцовому мосту и остановилась. Мост все еще был разведен, и у подножия его вздыбленной половины образовалась «пробка». В авангарде, словно лихая конница, собрались мотоциклисты.