Надувная женщина для Казановы

Нора стала медленно бледнеть. Я с тревогой глянул на хозяйку, иногда она бывает несдержанна.

Но тут «клоун» произнес гениальную фразу:

– Витя Потворов поклялся мне, что вы можете все!

Нора ухмыльнулась, я расслабился: похоже, она решила оставить «малыша» в живых.

– «Все» – это, пожалуй, слишком, – усмехнулась хозяйка. – С высотного здания МГУ я прыгать не стану.

«Клоун» поморгал, потом расхохотался, вытащил из кармана огромный, размером с пододеяльник, носовой платок, громко высморкался и сказал:

– Лады! Уважаю юморных людей. Значит, мы договоримся. Вы шутки любите?

– Смотря какие, – быстро сказал я.

– Веселые, – уточнил коротышка, аккуратно сложил «пододеяльник», сунул его в карман своего попугайского пиджака и внезапно сказал: – Я – парильщик.

– Кто? – хором спросили мы с Норой, потом она уточнила: – Пиарщик? Работаете в рекламном агентстве?

– Нет. Я парильщик, – повторил гость.

Я пребывал в глубоком недоумении, а Нора воскликнула:

– Парильщик? Это банщик? Людей парите? Веником?

– О господи, – закатил глаза недомерок, – сейчас попробую объяснить.

– Да уж, сделайте одолжение, – кивнула Нора, – а для начала представьтесь!"

"– Виктор Николаевич Бугаев, можно просто Витя.

Я постарался сохранить на лице бесстрастное выражение. Вот уж кому совершенно не подходит эта фамилия. Фитюлькин, Крошкин, Малюткин, Колобков, в конце концов, но Бугаев!

– И я парильщик, – произнес Виктор.

Глава 2

За то время, что Нора забавлялась игрой в сыщика, в ее кабинете побывала прорва людей самых разных профессий, но парильщик появился впервые. И оказался он, вопреки ожиданию, не банщиком, а человеком, который… держит пари.

Честно говоря, я сначала не очень хорошо понял, о чем толкует Виктор, а когда разобрался, то в очередной раз удивился человеческой фантазии и изворотливости.

Когда в нашей стране случилась демократическая революция, товарищ Бугаев работал в райкоме партии инструктором. Пост он занимал небольшой, вращался маленьким винтиком в огромной машине, но те, кто жил в те годы, хорошо знает, что местечко в райкоме было очень даже теплым, оно предполагало не только вполне приличную зарплату, но и существенные привилегии: хорошие продуктовые наборы, получение от государства квартиры без очереди в доме улучшенной планировки, возможность приобретения машины по льготному списку, ну и всякие мелочи, типа путевки на юг в ведомственный санаторий и пошива костюма в спецателье. Главным же было обладание бордовой книжечкой с тисненной золотом надписью: «Районный комитет КПСС». При виде этого документа продавцы в магазинах делались улыбчивыми, врачи в больницах любезными, сотрудники ГАИ сговорчивыми.