Надоело быть хорошей

Соньку как заклинило, поэтому страх, что новые недосказанности разрушат то хрупкое счастье, которое она, наконец, ощущала, был слишком сильным.

- Ты посмотри на меня, а? Что бы ни случилось, плохое или хорошее, я сразу несусь об этом рассказывать. Мне надо поделиться и радостью, и горем, всем, блин. Просто всем на свете. А ты… Ты все вечно носишь в себе. Прекрати. Ты не один.

Тирада его малышки даже слегка развеселила Криса, хотя Соня, судя по голосу, не улыбалась.

- Соня, ну вот такой я… гребанный скорпион.

- Ты гребанный упрямец, - поправила она. - И к знаку зодиака это не имеет никакого отношения.

Слушать её дыхание и не видеть, не обнять было очень сложно.

- Погоди, я перенаберу."

"Крис сбросил звонок, глубоко вздохнул, прежде чем откинуться на подушки и заново, уже по видеосвязи вызвать Соню.

Когда любимое лицо показалось на экране телефона, тиски, сжимавшие сердце, чуть ослабли.

Соня лежала на кровати в тонкой пижамке, подперев голову руками, и Крису очень хотелось оказаться сейчас рядом, спустить бретельки по плечам и повторить путь губами и языком. Покрыть это идеальное, созданное для него тело, с ног до головы поцелуями. Вот чего хотелось, а не этого всего.

- Ну что, сложно, да, Крис? Начинать делиться и доверять? – приподняв брови, уточнила она.

- Я люблю тебя, - улыбнулся он, - конечно, ты права.

Соня на секунду спрятала лицо в ладонях.

- И я люблю тебя, - прошептала сквозь пальцы. – И до сих пор не верю, что мы вместе, - выдала то, что было на душе.

- Персик, мы не просто вместе, - ухмыльнулся Крис, - мы уже женаты.

- Точно, - рассмеялась она.

- Забыла что ли, миссис Холланд? Так я вернусь и напомню, - подмигнул он.

Конечно, они проболтали прилично времени, и Крис всё ей выложил. Ну, почти всё. То, что посчитал нужным, вернее. Тоже ведь неплохой шаг вперёд, не правда ли?

39

Год спустя. Август

Руки Сони дрожали, когда она разглядывала тест.

«Нет, ну это невозможно, - пронеслось в голове. – Слишком быстро. Она не готова. Только жизнь стала входить в более-менее привычную колею и тут это».

Она отложила стик к точно такому же второму на бортик раковины.

Господи… за этой вереницей бессонных ночей и дней, наполненных заботами о сыне, они с Крисом не так уж часто бывали близки. Кристофер в принципе почти четыре месяца после рождения ребёнка её не трогал. Соня ходила по дому, как зомби, ещё и восстанавливалась после естественных родов прилично по времени. Потому что мелкий чуть пересидел и выскочил из неё, когда, видимо, совсем припёрло. Был он в четыре килограмма с лишним. Крупненький и капризный. У Алекса или Алексиса, а для бабушки и дедушки – просто Алёшки, было два состояния: есть и спать. И делал он это исключительно на груди у Сони.