Надэя. Хозяйка Шорхата

Интересно, о чем они говорят? Доволен ли император?

Аппетита не было. Я едва смогла проглотить несколько кусочков мясного пирога и запить все сладким отваром из ягод шиповника. Матушка, видя мое волнение, неодобрительно покачала головой, только вот я ничего с собой поделать не могла.

Внезапно дверь в гостиную открылась, и на пороге появился Николь. Его лицо было серьезным, но в глазах читалось облегчение.

— Все прошло хорошо, — сказал он, улыбаясь. — Его величество остался очень доволен. Он похвалил и ужин, и вино, и… тебя, моя дорогая.

Я выдохнула с облегчением. Все мои усилия не пропали даром.

— Он сказал, что давно не встречал такой гостеприимной хозяйки, — продолжал Николь. — И что наш замок — одно из самых красивых мест, которые он когда-либо видел.

Матушка улыбнулась, глядя на меня с гордостью.

— Я же говорила, что все будет хорошо, — сказала она, поднимаясь с кресла.

Николь подошел ко мне и обнял.

— Ты была великолепна, — прошептал он мне на ухо. — Я горжусь тобой.

В этот момент я почувствовала, как напряжение покидает меня. Я улыбнулась в ответ, зная, что этот вечер стал важной вехой в нашей жизни. Мы вновь справились с неожиданными трудностями. Вместе.

Глава 27"

"После вчерашнего пиршества, где столы ломились от яств, а веселье лилось рекой, утро встретило меня совсем не радужными перспективами. Одним сытным ужином и шумной попойкой дело, конечно, не ограничилось. Уже на рассвете пришлось вылезти из постели, чтобы проконтролировать, как слуги и повара справляются с последствиями праздника.

Вся эта роскошь, которую я так щедро предоставила гостям, обернулась горой работы. Ведь любое застолье, будь оно хоть трижды изысканным, оставляет после себя хаос. Начать хотя бы с посуды, горы тарелок, чашек и бокалов, которые нужно перемыть. А скатерти, которыми я так любезно накрыла столы! Могла бы и пренебречь ими, но нет, хотелось создать атмосферу уюта. Теперь же эти белоснежные полотна нужно было отстирывать от пятен вина, соусов и прочих излишеств. И, конечно же, полы! Заляпанные, испачканные, словно поле битвы после сражения!

То, что я увидела, ввело меня в ступор, словно ударили под дых. Слуги, конечно, постарались — я видела, что они спешно прибрались перед моим приходом, наверняка убрав самое вопиющее. Но даже после их усилий… это было просто нечто! Невозможно было поверить, что здесь отдыхали люди. Скорее, свиньи устроили себе каникулы.

И знаете, такая злость взяла, что я еле смогла сдержать бушующую во мне силу. Ярость клокотала во мне, требуя выхода. Не та тихая, разъедающая злость, а всепоглощающая, вулканическая. Я чувствовала, как кровь приливает к лицу, как сжимаются кулаки. Хотелось кричать, ломать, крушить! Но я сдержалась. Пока.