Надежный

Сделал вид, что размеренно дышу, но Лена вернулась через минуту. Бережно взяла мою руку, обработала раны, разрезала футболку.

Я сразу же уловил изменение в ее дыхании. Оно стало рваным и нервным. Да и я дышал не лучше. В ее присутствии плохо соображал и еле сдерживался, а когда она коснулась меня и вовсе сорвало крышу.

Я плохо помнил, что происходило, что я говорил, а она отвечала, но ее предложение поесть взбесило. Она приготовила, блядь! Я не просил. Не хотел, чтобы она обслуживала меня. Не маленький мальчик. Взрослый мужик, сам могу приготовить. Да и Игорь… я даже вспоминать не хотел то, как он ее зажал. Настолько, что она просто не знала чем заняться.

И я ее обидел.

Ответил резко, и она поникла. Стала оправдываться, и я ее понял. Не было у нее всего этого. Ни кухни этой новомодной, ни приборов, ни продуктов столько. Она не меня хотела удивить, а попробовать все. Испробовать в деле. И я согласился. Действительно было голоден и сказал, что все буду.

Я действительно сидел на кухне уже спустя минут десять. С удивлением смотрел на то, что Лена приготовила и не удержался от вопроса:

— Тебе точно не сложно?

Она посмотрела на меня, как на дурачка и покачала головой. Усмехнулась, взяла тарелку, насыпала себе салата и села напротив.

— Я люблю готовить, — призналась Лена, задумчиво глядя в потолок. — Не всегда получается желаемое, но я стараюсь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На кухне царил полумрак. Горело несколько светильников и небольшая светодиодная лента по периметру окна. Романтическая обстановка. Не хватало свеч и отсутствия всей херни позади нас. Я так хотел, чтобы Лена перестала видеть во мне просто парня, который решил помочь. Желал, чтобы она видела во мне мужчину. Взрослого, самостоятельного, готового прийти ей на помощь.

Но она меня не видела. Я друг для нее. И это четко угадывалось в ее взгляде. Я не знал, какая она влюбленная, но на меня она смотрела с благодарностью и смущением. Ей неудобно, что она здесь, что вынуждена просить помощи у постороннего. А я чертовски хотел, чтобы она была со мной, и я не считал ее посторонней.

Она была для меня женщиной, в которую я влюбился. А я для нее надежным другом. Хорошим, преданным, тем, кто придет на помощь. Я смотрел на то, как она ела салат, а у самого стоял от одних воспоминаний. Я так и представлял, как целую ее, как она проводит горячими руками по моим плечам.

Лена подняла на меня взгляд и замерла, закусила губу и засмущалась. Мы встали одновременно: она — чтобы помыть тарелку, а я — чтобы подойти к ней. Тарелка упала и разбилась, но мне было плевать, я переступил через осколки, натолкнул Лену на столешницу и поставил руки по обе стороны.