Надежда в подарок

— А ты позволишь мне потрогать твой живот, когда ребенок будет толкаться? — неожиданно спросил Хасан.

Несмотря на прохладу салона, Элла почувствовала прилив жара к щекам. Вопрос прозвучал очень интимно. Их ночь страсти случилась так давно, что теперь казалась ей лишь прекрасным сном. Чем больше времени проходило, тем менее реальной она становилась. Хасан больше ни разу не проявлял чувств по отношению к ней, даже не пытался прикоснуться.

Если он положит руку ей на живот, не пробудит ли это снова желание большего? Возможно, он все еще хочет ее?

— Конечно позволю, — тихо ответила Элла, понимая, что отказа он не примет. Не только из-за того, что он — отец, но из-за того, что он так много для нее сделал. Впервые в жизни она получила шанс просто отдаться течению и наслаждаться жизнью.

Хасан организовал собеседование с десятком женщин, претендующих на место Эллы, которая лично задавала им вопросы и изучала их резюме. И теперь в Англии Дэйзи была вполне удовлетворена работой ее заместительницы, а дела продвигались довольно хорошо.

Но не только оставленный бизнес занимал мысли Эллы. Чуть впереди она отчетливо рассмотрела огромные позолоченные ворота, ослепительно сияющие в лучах палящего солнца, и заметила за ними водоем, обрамленный высокими пальмами. За водоемом возвышалось величественное здание цвета слоновой кости, также декорированное золотом. В очередной раз ей захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться в том, что это не сон.

Они подъехали к королевскому дворцу, и вдруг все ее сомнения снова вернулись. Неужели она забыла, кто она на самом деле? Одна из Джексон, чей отец годами давал повод для сплетен британским газетам. Неужели она прошла путь от насмешек и издевательств до королевского титула?

— Хасан, я не могу этого сделать, — выдавила она. — Что, если твой народ не примет меня?"

"Уловив панику в ее голосе, Хасан повернулся, пытаясь посмотреть на Эллу глазами людей, которые увидят ее в первый раз. На ней было изысканное национальное платье Кашамака, традиционного для невесты алого оттенка, расшитое золотом. Ее волосы покрывала золотистая вуаль, а глаза были подведены специальной краской для век в соответствии с вековыми арабскими традициями. Алую помаду наконец заменил нежно-розовый блеск, который делал ее рот мягче и чувственней.

Она сказала ему, что хочет впервые появиться в его стране в национальной одежде, и он был благодарен ей за эту предусмотрительность. И теперь ему оставалось признать: Элла выглядит просто идеально, представляя собой изысканную смесь Востока и Запада, вобравшую в себя самое лучшее из двух культур.

— Ты выглядишь безупречно, — произнес он. — Тебе не стоит беспокоиться по этому поводу. Я король, и мой народ примет то, что я велю им принять.