Надежда на счастье

Она сочла это ответом на ее молитву, но потом решила, что Господь никак не мог послать ей такого человека. Однако в последние дни Оливия все чаще спрашивала себя: «А может, предложить ему остаться? Конечно, он не совсем тот человек, которого я выбрала бы себе в качестве наемного работника, но все же…»

Решившись, наконец, Оливия проговорила:

– Мистер Браниган, я вспомнила, как вы помогли Принцессе и ее теленку, и подумала… То есть мне хотелось бы узнать, не подумаете ли вы насчет того, чтобы остаться, после того как ваши ребра заживут.

– Что?! – изумился Конор. – Остаться здесь?

– Да. – Она кивнула. – Видите ли, мне понадобится помощь, а вы ведь сами сказали, что у вас нет своего дома, куда вы могли бы вернуться.

– Вы предлагаете мне работу? – Он смотрел на нее недоверчиво.

– Я хотела нанять кого-нибудь на несколько месяцев, – поспешно продолжила Оливия, – но никого не удалось найти. Мне понадобится помощь для сбора урожая персиков в сентябре. И еще я хочу вспахать южные пастбища и весной высадить там хлопок. Будь у меня две культуры, которые можно продать и получить за них деньги, риск был бы меньше. А когда-нибудь я посажу еще один фруктовый сад. Может быть, грушевый.

– Я зарабатываю двадцать пять долларов за каждый выигранный бой, и я обычно выигрываю. Что же вы мне предлагаете?

Оливия вздохнула и потупилась."

"– К сожалению, я не в состоянии вам платить. Персики приносят мне достаточно для того, чтобы оплатить налоги, и немного остается на жизнь. Но я могу предложить вам стол и комнату. Понимаю, что предлагаю немного, но, по крайней мере, у вас будет дом, место, где вы сможете повесить свою шляпу.

Конор не стал говорить ей, что меньше всего ему нужен дом, место, чтобы повесить шляпу. Ведь дом – это память о прошлом, а он не мог себе это позволить. Единственное, чего он хотел, – это просто жить, день за днем.

– Дело в том, мистер Браниган, что я не могу одна управлять этой фермой. Мне нужен помощник.

Оливия подняла на него глаза, и Конор понял, что она просит о помощи. Сделав над собой усилие, он медленно покачал головой:

– Нет, спасибо за предложение, но я не могу остаться. Оливия закусила губу и уставилась в стол. Молчание затягивалось, и тут Конор вдруг почувствовал себя неблагодарным мерзавцем.

– Мне нравится моя свобода, – пробормотал он, судорожно сглотнув. – Нравится, что я в любой момент могу собраться и отправиться туда, куда мне захочется.

– Но я ведь прошу вас остаться не навсегда, – не глядя на него, сказала Оливия. – Конечно, вы потом сможете уехать куда захотите.

– А если мне вдруг захочется уехать за неделю до сбора урожая? Или весной, когда вы собираетесь сеять этот ваш хлопок? Думаете, я не почувствую себя обязанным остаться?

Она ничего не ответила.