Надеюсь, она не узнает (СИ)

— Я планировал просто признаться и дать тебе время подумать. Давай… может… сделаем вид, что так всё и было? Вот, я признался. А теперь на время расстанемся, и ты подумаешь.

— О чём?

Это был глупый вопрос. Да, очень тупой. Но я должна была услышать ответ.

Наверное, потому что я до сих пор не верила, что это всё мне не снится…

88

Костя

И правда, о чём Вере надо было подумать?

Так странно, потому что вроде бы понятно о чём. Вопрос ведь в воздухе летал, заполняя собой помещение театра, вопрос выстукивали наши сердца. Или только моё?

Может, поэтому Вера и решила уточнить?

Я вначале молчал, а потом вдруг неуместно усмехнулся.

Вера вопросительно вскинула брови, и я поспешил оправдаться:

— Если ответ на этот вопрос пытаться выразить словами, то все варианты звучат как-то нелепо. Будто бы я школьник, который хочет сказать: «Будешь со мной встречаться?»

Вера даже не улыбнулась:

— В последнее время ты и вправду ведёшь себя как школьник. Очень глупо и необдуманно.

— Да... — согласился я.

— Как и я, — добавила Вера и всё же еле заметно, но улыбнулась мне.

Однако тут же изменилась в лице и очень серьёзно спросила:

— Костя, ты же понимаешь, что твоей дружбе с Киром после такого, — она жестом показала на театр и на главное место преступления, — придёт конец?

Я не ответил. Не смог. Не потому что струсил — точнее, мне хотелось думать, что я не струсил, — а потому что во мне всё ещё сильно отзывалось желание не ссориться с Киром, по-прежнему быть его лучшим другом. То, что это желание никак не сочетается с другим моим желанием, я понимал отчётливо. Но что-то во мне продолжало сопротивляться, не позволяло взять и ответить: «Конечно. Да и хер бы с ним!»

Нет, не хер бы. Но, как решить этот вопрос, чтобы не причинять другу жуткой боли, я не знал. Да и существует ли такой способ вообще? Вряд ли.

И часть меня совсем не хотела делать Киру больно. Но вот другая часть…

— Ясно, — вздохнула Вера, пару мгновений полюбовавшись на моё застывшее, как у манекена, лицо. — Короче говоря, тебе тоже надо о многом подумать, рыжий. Нам обоим надо. Пошли, что ли, отсюда?

Заканчивать разговор на такой ноте не хотелось, но, что сказать ещё в своё оправдание, я не знал, поэтому просто кивнул, и мы направились к выходу. По пути Вера шёпотом спросила, нельзя ли выйти из театра, не пересекаясь с охранником. Наверное, она стеснялась, как робкая девушка возле ресепшена отеля с номерами на час. Однако почти сразу передумала и заявила, что надо бы всё-таки со «старичком-лесовичком», как Вера его назвала, попрощаться. А то невежливо как-то."

"Так мы и сделали. А после, когда выбрались на улицу, Вера опередила моё приглашение дойти до машины и наотрез отказалась, чтобы я её подвёз. Сказала, что на сегодня ей хватило меня с избытком, да и ехать до дома ей совсем недалеко.