***надцать лет спустя

В этом жесте было что-то настолько нежное и пронзительное, что Лариса не сразу нашла в себе силы испортить этот момент. И все же, тяжело вздохнув, тихонько поскреблась в дверь.

Из палаты посетителя было видно ничуть не хуже, потому Алина с улыбкой на чуть зеленоватом лице, замахала рукой, приглашая пройти во временные апартаменты.

- Привет, - Лара затопталась на пороге, не зная, куда пристроить пакет с фруктами. – Не помешала?

- Нет, что вы! - Если Алина излучала неподдельную радость, то Мишка чуть нахмурился, видимо, припомнив, что посетить их Лариса собиралась только завтра. Указывать на то, что сотрудник явно сбежал с работы, стоило начальству выйти за порог, она не стала, лишь понадеялась, что смету он всё-таки закончил. – Присаживайтесь.

Задерживаться здесь надолго Лара не планировала, но и убегать вот так сразу тоже было невежливо, пришлось вручить Мише пакет, а самой пристроиться на краешек стула. К счастью, будущий отец проявил завидное понимание и, буркнув, что пойдет мыть фрукты, из палаты испарился.

- Как ты?

- Да нормально всё, - Алина отмахнулась. – Первые пару дней сильно тошнило, а сейчас уже лучше. Наверное, ещё сутки-другие тут побуду, и выйду на работу, а то одичаю здесь. Я так понимаю, вы что-то по работе хотели уточнить?

Вопросы у Ларисы действительно были, потому следующие четверть часа посвятили выяснению всяких мелочей делопроизводства. Мишка, вернувшийся с отмытой добычей, не стал мешать, приткнувшись в углу с ноутбуком. Стоит надеяться, догрызал несчастную, всеми заброшенную смету.

Пока общались, Лариса мельком осмотрела палату. А уютненько, почти по-домашнему – небольшая квадратная комната с двумя кроватями и тумбочкой между ними, стол с парой стульев, плоский телевизор под потолком, даже цветы на окнах стоят. Правда, как эти цветы сочетаются с требованиями эпидрежима, не совсем понятно. Неприметная дверца в углу, скорее всего, в индивидуальный санузел. Наверное, Мишка убегал мыть фрукты на больничную кухню, чтобы не мешать дамам сплетничать, иначе с чего игнорировать личную раковину, непонятно.

Даже стало интересно, сколько стоит пребывание в такой палате за сутки, платили у них по меркам родного города вполне прилично, но всё же…

Разговор плавно сошел на нет, и Лариса поспешила откланяться, всё больше тяготясь ролью ищейки, норовящей сунуть нос в каждую дыру. Но роль подозреваемой, а то и арестантки прельщала куда меньше, потому пришлось терпеть моральный дискомфорт.

Помахав на прощание Алине, она позволила Мише проводить себя до выхода из отделения, хотя и не без скрытого недовольства – очень хотелось глянуть, где находятся запасный и пожарный выходы, но не делать же это при нём.