Начбез и его Бес

– Ну и о чем ты сейчас думаешь?

– Прикидываю, какие у меня шансы выудить у тебя имя того, с которым дело дошло до белья.

– Марат! – прошипела Милана, дернулась, но он лишь прижал ее к себе плотнее. – Я тебе ничего больше не скажу! И прекрати ревновать немедленно!

Его щека медленно скользнула вниз, когда Марат наклонил голову. Его губы скользнули по ее шее.

– Ты не можешь даже представить себе, какой я сейчас счастливый…

Еще несколько поцелуев в шею, мужские руки спускаются с женских плеч вниз.

– А тебе доктор секс разрешил? – звучит женский голос легкой хрипотцой.

– Не существует такого доктора, который запретит мне тебя.

***

– Я буду сверху.

– Милана…

– Мне надо. Очень. Пожалуйста…

Ей и в самом деле надо. Надо, наконец, рассмотреть, как следует, своего любимого мужчину. Может, потому что он слишком большой... Может, потому что она так долго ждала его… Милане минувшей ночью было хорошо с ним до слепоты и глухоты, когда это «хорошо» затмевало все. Но теперь она хочет все рассмотреть. Все потрогать. Все распробовать.

И когда Марат, глядя ей в глаза, медленно откидывается на подушку и заводит за голову могучие руки – Милану накрывает волной из предвкушения и счастья – до колких мурашек в кончиках пальцев. И она медленно наклоняется к Марату…

Потом он все же перехватил инициативу. Когда Милана, сама не своя от желания, почти опустилась на него.

– Нет, маленькая, нет… – Марат мягко опрокинул ее на спину. – Подожди. Мы забыли кое о чем…

Милане не нравится эта задержка, этот стук прикроватной тумбочки. Ей не нравится этот пакетик из фольги в руках Марата.

– Не хочу так… – ее рука скользит по его груди, твердому животу, ниже. – Не хочу. Убери его…

Но Марат не слушает ее, фольга все же рвется, и спустя несколько секунд он мягким плавным толчком входит в нее.

– Если бы ты знала только… – звучит его хриплый шепот ей на ухо. – Как я хочу тебя без всего… И так обязательно будет. Но пока… тебе же наверняка нельзя пока… после всего…

Нельзя, кажется, любить его сильнее. Но у нее в этот момент получается.

***

После она нежится в его руках, прижатая спиной к его груди. Кажется, такое положение становится у них любимым. И рука Марата на ее животе – тоже, наверное, становится его любимым жестом.

Его губы привычно касаются ее шеи, когда Марат говорит, медленно касаясь пальцами ее живота.

– Я очень хочу увидеть тебя с животом… в котором будет наш ребенок.

На это Милана может ответить только судорожным вздохом. После такой нежной и горячей близости она совершенно бескостная. И хочется только, чтобы он прижимал к себе крепче, что Марат и делает. И снова продолжает касаться губами ее шеи.

– Все будет хорошо. Верь мне. Когда врач тебе разрешит… когда ты будешь готова… Все будет хорошо.