Начало пути

В окно заглядывают зеленые рожи, изучая меня, словно зверя в зоопарке.

— Чего вылупились?!

Рожи пропали, послышался плеск воды.

Кое-как успокаиваюсь и встаю, кстати… они ж меня, кажется, и вытащили… н-да. Непонятно. То сожрать пытались, то вытащили, спасли. Небось впечатлились от вида порешенного мною монстра и решили, что я их и мертвая уделаю… ага. Наверняка. Или благодарны? Не. На этих рожах крупными буквами написано: «Не знаю, что такое „спасибо“»…

Хихикаю и выхожу наружу, занимая голову всякой ерундой. Отвлечься мне надо, а то с ума сойду.

Ну… да. Они уже в воде, только головы наружу торчат, и все, как одна, смотрят в мою сторону. Задумчиво изучаю их рожи.

— Привет, братва!

Молчание. Хмыкаю и оглядываюсь по сторонам. Выходить надо, пока не сдохла тут.

Одна из кикимор подплыла поближе и очень осторожно, без резких движений, вытащила из воды мой рюкзак и прицепленный к нему горшок."

"— Сиггун, ты жива! — Горшок аж дернулся от счастья.

Перепуганная кикимора тут же его бросила, нырнув в глубину. Едва успела поймать. А то так бы и остался Сёма на дне болота. Удовольствие то еще, по сравнению с таким и жизнь у Ланса раем покажется.

— Тьфу. Спасибо. Я чуть сознание не потерял.

— А горшки его теряют?

— Не знаю. Помню, что после ритуала на какое-то время потерял, да и когда ты меня об мага чуть не сломала. Слушай, а где та жуть, которая нас чуть не сожрала? Последнее, что помню, ты к этой хищнице руку тянешь, а она шею вытягивает. Дальше вроде было падение и… все. Ты где-то там осталась.

— Нет жути. Вся вышла.

Удивленное молчание.

— Убежала? От тебя, что ли?

Кикиморы зашебуршились, поднялся гул.

Морщусь и поворачиваюсь к ним:

— А ну-ка ша! Молчать всем! Чего расшумелись?

— Сиг, это кикиморы, они долго молчать не умеют… по определению, — прошептал горшок. — И я бы на твоем месте на них так не орал. Бабы не слабые, питаются опять же человечинкой.

Пожимаю плечами, чувствую, что мне временно море по колено. После того ужаса, который я испытала в воде, сражаясь с этим чудовищем, — кучка напуганных кикимор казалась чем-то несерьезным.

Одна из них опять осторожно подплыла ко мне, что-то быстро пролопотала и положила к моим ногам довольно тяжелую на вид цепь из чистого золота… с большой такой жемчужиной. У меня аж дар речи пропал, а рука сама собой потянулась вниз.

— Не тронь!

Вопль горшка заставил замереть на полпути. Кикиморы напряженно за мной наблюдали. Хмуро кошусь на консервную банку, злая, что меня опять отвлекают по пустякам.

— Ну что еще? Что опять не так? Я убила монстра, мне дали награду.

— Ты убила монстра?! Он упал на твой нож? Или запутался в тине? Промахнулся мимо тебя и разбил голову об дно?

— Так, хорош юморить, Петросян нашелся. Не смешно ни разу. Лучше поясни, какого ляда мне нельзя это брать.