Начало пути

Нырнули, что ли? Это я их так напугала? А чем?

Недоуменно разглядываю окровавленные руки и живот. Да нет… вроде начинали они очень даже живенько.

Рев едва не скинул меня с ветки. От неожиданности дернулась и едва не рухнула обратно в топь.

Это еще что? Местный монстр? У меня полоса невезения на сегодня вообще когда-нибудь закончится? Или, шагая по полосатой зебре, я таки добралась до финиша?

Вытаскиваю из-за пояса небольшой складной нож — единственное сокровище, которое смогла притащить с родины. Берегла. Прятала. Жаль… маленькое лезвие, всего с ладонь, зато острое.

Судорожно оглядываюсь по сторонам, одновременно с этим вытирая грязь с лица трясущейся рукой, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь небольшой туман, устилающий топь. Тут и там к поверхности поднимаются пузыри. Я… я понятия не имею, после какого из них меня сожрут.

10:34

Курлыканье.

Я так замерзла, что пошли глюки. Прижимаюсь спиной к стволу, чувствуя, что копыта в очередной раз соскальзывают с ветки. Меня трясет. Рука с ножом онемела, и я сунула ее под мышку, едва не пропоров себя лезвием. Мама… как же х-холодно, губы трясутся… Опять курлыканье. Тихое такое, нежное. Ласковое.

Щурюсь, вглядываясь в заметно уплотнившийся за последние полчаса туман, пытаюсь хоть что-то рассмотреть. Видимость нулевая.

Вроде день уже. Чего ж так темно-то?..

— Грррр-курл…

Улыбаюсь и прикрываю глаза. Хочется согреться.

10:45

Из воды на меня смотрит нечто. Чтобы это осознать, мне пришлось вглядываться в это нечто минут пять. Глаза покраснели, их щиплет. Что это в воде было-то? Нос не дышит, горло словно раздирает изнутри. Трясет… меня трясет. А оно смотрит.

— Курррл. — Словно мурлычет ласково так… У меня в детстве попугайчик был редкой породы, с ладонь размером… Он вот точно так же курлыкал, когда подлизывался ко мне.

— Привет? — Из легких вылетает хриплый шепот.

Сколько я тут уже сижу? А сколько еще сидеть? Маг… Вернусь — убью гниду. Хоть бы заклинание какое в дорогу дал. Отправил, гад…

— Ку-урррл…

10:57

Она вылезла. Почему «она»? Глаза бы вы ее видели. Большие-пребольшие и желтые-желтые. На круглой симпатичной морде выглядят в самый раз. Смешная она, курлыка эта. Я ее так и назвала: курлыка. Стоит, опираясь передними лапами на ствол моего дерева, пытается обнюхать протянутую к ней руку. А мне так хочется ее погладить. Я даже свистела, чтоб она не боялась. Вроде и не боится. Улыбаюсь и натужно кашляю, понимая, что пневмония мне обеспечена. Меня всю трясет и лихорадит. А еще очень холодно. Я уже это говорила? Я еще раз сто повторю. Я много буду повторять… чтобы не уснуть.

Курлыка осторожно обнюхала руку, приподнялась чуть выше, медленно открыла огромную, наполненную частоколом акульих зубов пасть и резко ее захлопнула, дернувшись вперед.