Начало

Но рубашку срывало при вращении в стволе — из него вылетали ошметки, а то, что оставалось, летело непонятно как. Стали делать сердечник ребристым — его ребра удерживали свинцовую рубашку на всем протяжении канала ствола, и та обеспечивала нормальную закрутку. Но для таких легких пуль нужна была нарезка покруче — винтовочная ведь рассчитана на другие массы пули и ее скорость, и на наших суррогатах она давала слишком сильный разброс на дистанциях уже более сотни метров — чуть ли не метр, а на двух сотнях — уже три метра. И такой разброс можно было скомпенсировать только повышенным расходом патронов — как точно ни целься, а куда улетит пуля в каждом выстреле, зависело от такого множества микрофакторов, что их просто невозможно контролировать. Попробовали делать удлиненную пулю — кучность повысилась, но стало не хватать пороха в гильзе, чтобы вытолкнуть ее с нормальной скоростью — в пистолетную гильзу не так уж много можно впихнуть. Соответственно, резко упала настильность траектории даже несмотря на остроконечную форму пули — автомат ими почти что плевался. Оставалось только увеличивать длину гильзы — мы не стали мелочиться, увеличили ее сразу на двадцать миллиметров и получили один-в-один промежуточный патрон для АК. Ну тут конечно этого никто не знал, но я как увидел — сразу сказал делать именно такие — от добра добра не ищут — все-равно приходится делать свое, не похожее на существующие образцы, оружие, так хоть сразу перескочим на следующий уровень. Под новый патрон пришлось переделывать и пистолет-пулемет — массы затвора уже не хватало, он отталкивался слишком высокой для старого затвора навеской пороха гораздо сильнее и гильза успевала выйти из казенника не только толстым донцем, как при стрельбе из сбалансированной системы порох-затвор, но и тонкими боками, что приводило к ее разрыву. Стали увеличивать массу затвора, но получалось, что его нужно делать более двух килограммов. Тяжеловато. Тут уж оставалось только переходить к полусвободному затвору, который будет тормозиться не только своим весом, но и механически, рычагами, или вообще — к затвору с жестким запиранием. Про меньший калибр я пока не заикался — и так оружейники смотрели на меня волком. Но новые затворы потребуют более сложной механической обработки, на что у нас в августе не было ни времени, ни ресурсов. В итоге тогда решили увеличить длину толстой части гильзы — до пяти миллиметров — ее подобрали опытным путем. С таким утолщенным хвостом гильза успевала выйти из патронника только на его же толщину, которая вполне справлялась с давлением газов после выстрела.