Академия. Начало

Если двое мужчин сожительствовали с одной женщиной, может быть, между ними образовывались какие-то особые отношения, на манер братства?

Рейч ни о чем таком никогда не слышал, но прекрасно понимал, что в Галактике всякое возможно – даже на Тренторе.

Он вспомнил о Манелле и почувствовал, как сильно по ней соскучился. Может быть, в этом причина депрессии? Но сейчас, заканчивая завтракать с Андорином, он был не просто в депрессии – состояние его было близко к отчаянию, хотя, казалось бы, особых причин для этого не было.

Она же говорила, что ей страшно хотелось бы попасть в Имперский сектор. Может, Андорин все-таки уступил ее желанию? Рейчу было так тоскливо, так худо, что он не выдержал и задал Андорину идиотский вопрос:

– Мистер Андорин, я вот думаю, а вы, случайно, не взяли с собой мисс Дюбанкуа сюда, в Имперский сектор?

Андорин выпучил глаза и негромко рассмеялся.

– Манеллу? Ты думаешь, она что-нибудь смыслит в садоводстве? Да она даже притвориться не сумела бы, если бы и захотела. О нет, дружок, Манелла из тех женщин, что созданы для услады. Другого она просто не умеет. А почему ты спрашиваешь, Планше?

– Да скучновато тут. Вот я и подумал…

Андорин некоторое время пристально смотрел на него и наконец проговорил:

– Не поверю, что тебе не все равно, с какой женщиной спать. Ей-то точно все равно, с каким мужиком ложиться. А как только все будет позади, у тебя будет полно других женщин.

– А когда все будет позади?

– Скоро. И то, что предстоит сделать тебе, очень важно.

Андорин, прищурившись, наблюдал за Рейчем.

– Важно? – переспросил Рейч. – Разве я не буду просто… садовником?

Голос его прозвучал равнодушно, и как он ни старался вложить в вопрос побольше волнения, у него это не вышло.

– Нет, не просто садовником, Планше, – ответил Андорин. – У тебя будет бластер.

– А я его сроду и в руках-то не держал, бластер.

– Да это просто, ты не волнуйся. Поднимешь. Наведешь. Нажмешь кнопочку. И кое-кто окочурится.

– Убивать я не мастак.

– А я думал, ты один из нас и сделаешь все, что нужно, ради общего дела.

– Ну, я же не думал, что надо будет… убивать.

Рейчу ни в коем случае нельзя было подавать виду, будто он обдумывает сказанное Андориным. И все-таки… Почему он должен стрелять? Что они такое для него придумали? Будет ли у него возможность предупредить охранников до того, как он получит приказ стрелять?

Лицо Андорина изменилось – дружеское участие превратилось в ледяную непререкаемость.

Рейч собрал все силы:

– Нет. Убивать я никого не буду. Не буду – и точка.

– Планше, – твердо заявил Андорин, – ты сделаешь то, что тебе скажут.

– А убивать не буду.

– Как это вы меня заставите?

– Просто прикажу, и все.

У Рейча в голове все перемешалось. Почему Андорин так уверен?

– Нет, – покачал головой Рейч.