Академия. Начало

А может, вы еще разок ему словечко замолвите за меня: дескать, если ему желательно меня отблагодарить, так пусть оставит меня, как есть, простым садовником, а?

Селдон устало откинулся на спинку стула и сказал:

– Грубер, уверяю тебя, если бы я мог, я бы обязательно изложил Императору твою просьбу, но позволь, я тебе попробую кое-что объяснить, а ты постарайся меня понять, пожалуйста. Император, по идее, – единоличный правитель Галактической Империи. Но на самом деле подвластно ему очень малое. На самом деле я правлю Империей гораздо больше, чем он, но и мне далеко не все подвластно. В правительстве миллионы людей, и каждый принимает какие-то решения, каждый совершает какие-то ошибки. Кто-то действует самоотверженно, героически, мудро, кто-то – глупо, а кто-то – по-предательски. И проследить за всеми невозможно. Понимаешь меня, Грубер?

– Понимать-то я понимаю, да только в толк не возьму, я-то тут при чем?

– Значит, сделать ничего нельзя? – обреченно спросил Грубер.

– Да, Грубер, увы. Но ты не переживай так сильно. Чем смогу – помогу. Ты меня извини, но больше времени у меня нет.

Грубер встал. В руках он смущенно мял зеленую кепку садовника. Глаза его налились слезами.

– Спасибо вам, господин премьер-министр. Я, конечно, понимаю, вы помогли бы, если бы могли. Вы… вы человек хороший, господин премьер-министр…

И Грубер понуро пошел к двери.

Селдон проводил его взглядом и покачал головой. Умножить заботы Грубера на квадриллион, и получишь заботы людей, проживающих в двадцати пяти миллионах миров Империи. И как же ему, Селдону, разрешить все эти заботы, если он одному-единственному человеку, обратившемуся к нему за помощью, помочь не в силах?

Одному-единственному человеку психоистория не в силах помочь. А квадриллиону?

Селдон грустно покачал головой, заглянул в список назначенных на сегодня аудиенций и похолодел. Громко, необычайно взволнованно, совсем не похоже на себя, он прокричал в переговорное устройство:

– Догоните садовника! Верните его немедленно!

– Так что там насчет новых садовников?! – воскликнул Селдон, как только Грубер вернулся в кабинет.

Даже сесть он ему на этот раз забыл предложить.

Грубер, часто-часто моргая, не успев прийти в себя, заикаясь, выдавил:

– Н-новых с-садов-вников?

– Ты сказал: «уйма новых садовников». Ты ведь так сказал? Что за новые садовники?

Грубер явно удивился вопросу.

– Ну а как же? Раз новый главный садовник, значит, и все садовники новые. Так принято вроде.

– А я ничего такого не слыхал.

– Просто, когда в прошлый раз меняли главного садовника, вы еще премьер-министром не были. Может, вас и на Тренторе тогда не было вообще.

– Но что это значит, объясни толком.

– Ну, понимаете, садовников никогда не увольняют просто так.