Начальник милиции. Книга 5

Выходит, он прячется все эти годы? И теперь хочет убить меня? Так? — просяще уставился на меня главред, будто молил о помощи.

— Пока точно не могу сказать, но похоже на это… — задумался я.

— Так, может, вернете мне пистолетик, а?

Я решительно покачал головой.

— Не положено… И второй раз вас он не спасет. Если бандит вернется, он будет считать, что пистолет у вас заряжен, и, соответственно, с собой возьмет уже не нож, а что-то посерьезнее, и действия его будут другими.

— И что мне теперь делать? — окончательно растерявшись, подавленно пробормотал редактор.

— Я буду заниматься этой вашей проблемой лично… Я найду его.

— Но вы же… вы же кинолог? Я помню статьи про вас и вашего пса… Кажется, его зовут Мухтар.

— Уже не кинолог… Скажите, а вам не знакомо имя Сафрон Грицук?

— Нет, впервые слышу…

— А прозвище Святоша вам ничего не говорит?

Главред дернулся, будто я в него чем-то бросил, и вытаращился на меня:

— Точно! Вспомнил! Люди говорили, что когда Силантий пошел к концлагерь служить, его Святошей прозвали. Это я уже после войны слышал. Я тогда не придал значения, вдову искал, а сейчас вы сказали, и меня как током прошибло. Вспомнил. Святошей его называли. Но… как вы узнали? Он что-то уже натворил?

Я же в ответ на его вопросы произнёс только то, что и собирался:

— Вот что, Захар Елизарович, я вам советую уехать пока из города. Никому не говорить куда, но быть на связи со мной. А сейчас опишите мне внешность Силантия.

— Да обычная такая внешность. Знаете, про таких говорят — рожа рязанская. Нос картошкой, щеки, что блин, глаза хитрые, все обычного разлива, ничего приметного.

— Негусто, — жевал я губу. — Рост, вес, в чем был одет?

— Вспомнил! — хлопнул себя по лбу редактор. — На нём спецовка была серая. Ну, как у рабочих, только поприятнее выглядела, не такая мешковатая и затертая. Ткань форму держит даже после стирки.

— Серая и форму держит, — задумчиво пробормотал я. — Где-то я такие видел… Не могу вспомнить. Нет же у нас в Зарыбинске заводов и фабрик, где выдают спецодежду?

— Так на мясокомбинате же! — воскликнула Зина. — У меня брат там работает, и я видела их робу.

— Точно! — кивнул я. — Молодец, Зина.

Девчонка от похвалы чуть зарделась и проговорила:

— Если что, Александр Александрович, я тоже могу быть с вами на связи. Мало ли, какие вопросы возникнут у вас в ходе расследования, а Захара Елизаровича не будет. Я по его работе все знаю…

— Как это — не будет? — поправил круглые очочки редактор. — Куда же я денусь, милая?

— Вам прятаться надо… Александр Александрович правильно сказал.

— Никуда я не буду прятаться, Никогда Артищев не прятался, ни во время войны, ни после! — потряс в воздухе указательным пальцем редактор.