Наблюдатель

Терять связь с реальной жизнью, превращаться в сумасшедшего, придаваться пустым мечтам никак не соответствовало планам Самсона. Нужно действовать, проявлять инициативу – в этом Бартек прав.

Идея с Джазом пришла Самсону позавчера ночью, и он нашел ее блестящей. Похитить собаку, придержать до вечера, а потом вернуть отчаявшейся владелице. Объяснить, что подобрал, встретил на улице случайно. Она, конечно, станет горячо благодарить, пригласит к себе, угостит кофе. И кто знает, может, из этого и получится нечто большее…

Джаз съел вторую сосиску и все крекеры и начал проявлять беспокойство. Он хотел вернуться домой. Самсон вытащил из брюк ремень и продел под ошейник наподобие поводка. При этом ласково уговаривал собаку успокоиться:

– Потерпи немного. Скоро будешь дома, обещаю. Если б ты только знал, как мне тяжело расстраивать твою хозяйку… Но представь себе только, Джаз, как она будет счастлива, когда увидит нас с тобой на пороге своего дома. Очень может быть, что я ей понравлюсь. Меня никогда еще не любила женщина, понимаешь?

Джаз внимательно выслушал и вильнул хвостом. «Как все-таки приятно бывает поговорить с собакой, – подумал Самсон. – У Джаза такой сосредоточенный взгляд, словно он действительно все понимает… И можно быть уверенным, что он не поднимет тебя на смех, не станет ерничать и главное – все сохранит в тайне».

– Я всегда хотел собаку, – пробормотал Самсон. – Но сначала родители были против, потом Милли…

При звуках этого имени ненависть комочком пламени обожгла желудок. Милли – вечно недовольная и бесчувственная. Одним своим видом она напоминала Самсону, кто он есть на самом деле – жалкий неудачник. Пятое колесо, ненужный балласт. Тот, кто ничего не добился в жизни.

– У нас все решает Милли, – пожаловался он Джазу. – Дом принадлежит нам с братом, но Гэвин давно у нее под каблуком. Не возьму в толк, как он мог жениться на этой фурии. Хотя раньше она была симпатичней…

Гэвин никогда не имел проблем с женщинами. Не то чтобы они слетались на него как мухи на мед, но и не обходили по широкой дуге. У Гэвина почему-то всегда получалось во всем строго держаться в рамках нормы. Он был незаметным, среднестатистическим во всех отношениях. Посредственность – большинство людей обиделись бы на такую характеристику. Они понятия не имели, каково быть тем, кто ни в чем не достиг уровня «нормы» и кого на этом основании все кому не лень топчут ногами.

– Я нахожу твою хозяйку очень симпатичной, – признался Самсон Джазу. – Честно говоря, Джиллиан мне нравится больше, но она замужем.

Джаз негромко заскулил. Самсон погладил его лохматую голову.

– До сих пор твоя хозяйка меня не замечала, но сегодня все изменится. Не бойся, малыш. Вечером ты ее увидишь.

Они дошли до парковки гольф-клуба.