На зоне

Сам Фрэнки Галлахер числился женихом в доброй дюжине весьма приличных семей, а во время коротких отпусков не пропускал ни одного публичного дома в иностранных портах, где его тоже принимали за своего Парня.

Совсем неожиданно он был откомандирован в Москву охранять американское посольство и заодно выполнять обязанности агента разведки. Неожиданный перевод Фрэнки воспринял как очередную улыбку фортуны и с рвением продолжал службу уже в новом качестве. Приятно было то, что свободного времени у него было теперь побольше, и он использовал его не для того, чтобы насладиться красотой памятников русской архитектуры, а чтобы увеличить число побед, но теперь уже над московскими красавицами.

И все-таки Фрэнки попался.

Он никогда не думал, что страсть может быть такой пожирающей. Увидев Валентину – русскую машинистку из отдела информации, – он понял, что пропал.

Валентина была выпускницей филологического факультета Московского университета, отлично говорила по-английски, была потрясающей в постели и к тому же оказалась неплохим учителем по языку, так что через полгода общения с ней Фрэнки сносно разговаривал по-русски. Возможно, именно это обстоятельство, то есть безупречное знание русского, сыграло в его судьбе определяющую роль, когда его решили перевести в Европейское управление ФБР. Так что, можно сказать, благодаря именно Валентине он делал карьеру эксперта по «русской мафии».

Но он совсем не мог предположить, что через двадцать лет получит «привет» от Валентины в столь неожиданных обстоятельствах от какого-то незнакомого старика.

Фрэнки, натужно улыбнувшись, ответил:

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Напрасно, – твердо отвечал старик. – Вот взгляните на эти фотографии, – и он сунул оторопевшему Фрэнки увесистый пакет.

Помедлив, Фрэнки вытащил одну фотографию, другую. Боже мой! Оказывается, русские следили за каждым его шагом, даже в квартире на… как его… Кутузовском, где он проводил сладкие минуты в обществе Валентины.

– Вы знаете, кто я? – спросил Фрэнки, нехотя отдавая пакет старику.

– Что за вопрос? Разумеется, – старик осторожно взял пакет из рук Фрэнки, – иначе наш разговор с вами был бы беспредметен.

– А вы не боитесь, что я могу вас…"

"– Мистер Галлахер, я уже лет двадцать, как мне перевалило за шестьдесят, ничего не боюсь, – улыбнулся старик. – Я хорошо и долго пожил на этом свете. А потом, если вы арестуете меня, то это может очень сильно повредить вашей карьере. Хочу вас заверить, что этот сугубо частный разговор останется между нами. Вам вообще не стоит ничего опасаться, я не работаю ни на какую разведку, и в Америку я прибыл по одному делу, в котором вы мне могли бы оказать неоценимую помощь.