На зоне

– Карлосу повезло, – продолжал Фрэнки Галлахер. – После того как ты выстрелил ему в спину и отнял наркотики, он не отправился к праотцам. Он нашел в себе силы заткнуть дыру тряпкой и выползти на дорогу. Как раз в это время по шоссе ехала карета «скорой помощи» – врачи спасли твоему бывшему приятелю жизнь. Хочу тебе сказать, что Карлос стал совершенно другим человеком. Он изменился не только внутренне, но и внешне. Ты не узнаешь его, если даже столкнешься с ним нос к носу. Это респектабельный человек, он закончил юридический колледж и сейчас работает адвокатом в крупной фирме, имеет весьма солидную клиентуру. Но не пытайся его разыскать: имя и фамилию он уже давно сменил. Хочу заметить, что дела по наркотикам не имеют срока давности, а если к этому добавить еще и покушение на убийство, – то из тюрьмы ты выберешься глубоким стариком, если выйдешь вообще. Сам ведь знаешь, в тюрьме всякое случается…

Стив, с отвращением поглядев на свою рюмку с так и не выпитым бренди, осторожно поставил ее на стол, потом медленно поднял тяжелый взгляд на Галлахера:

– Что вы от меня хотите?

– Немного. Мы согласны закрыть глаза на некоторые твои шалости, но ты должен помочь демократии Соединенных Штатов.

– Неужели демократия великой страны нуждается в заступничестве такого низкого человека, как я? – губы Стива скривились в ехидную усмешку.

Фрэнки Галлахер налил себе чашку ароматного кофе. Всем остальным напиткам он предпочитал кофе, обожая его пьянящий запах и горьковатый вкус. Он где-то даже понимал наркоманов, которые испытывают зависимость к героину. Нечто подобное он чувствовал и по отношению к свежесваренному эспрессо, и если бы ему однажды сказали, что он выпил последнюю в своей жизни чашку, то всю оставшуюся жизнь он воспринимал бы это как наказание.

Он сделал малюсенький глоток и почувствовал, как горячий напиток скользнул по пищеводу, согревая желудок. Фрэнки никогда не пил остывший кофе, он предпочитал поглощать его чуть ли не раскаленным, чтобы сполна прочувствовать, как разбегается по жилам разогретая кровь.

Фрэнки выдержал паузу, неторопливо допил кофе и отвечал как можно спокойнее:

– Представь себе, что нуждается. Иначе я не стал бы терять время на пустые разговоры.

– Что же я должен сделать?"

"Стив взглянул на бутылку с бренди, но открывать ее не стал.

– Ну что же! Это уже другой разговор. Перейдем к делу. Ты или твои ребята должны устранить одного русского – Игнатова.

– Вот как! А потом ваши ребята упрячут меня еще лет на сто пятьдесят?

– Стив, ты не так меня понял, мы наоборот берем тебя под свою защиту.

– И это все?

– Чего же ты хочешь?

– Я хочу помилования. Полного. Чтоб дядя Сэм мне все простил. Иначе я ни за что не возьмусь.

– Ну что ж, хорошо.