На все руки доктор

Зато нейт Болван, пользуясь моим замешательством, уже минуту мял и щупал мои бока.

— Пустите! Совсем уже обнаглел, — проворчала я, вырываясь и отряхивая платье.

Он ответил с коварной улыбкой:

— Я спас вас и заслужил свою награду.

— Считайте, что мы квиты. Жизнь за жизнь. А руки лучше держать в карманах.

Граф сделал скучное лицо, словно я не оценила его искрометного юмора.

— Вы — просто кладезь сюрпризов, нейра Олетта. Не ожидал. Поистине неординарная женщина. И заметьте, я редко говорю комплименты, — он предпринял новую попытку обаять меня своей хищной улыбкой, но я не повелась.

— Может, стоит написать вашей жене? Пусть приедет и заберет вас, потому что мне с вами не справиться.

Упоминание благоверной этого бабника ничуть не смутило. Бедная, вот повезло же!

— У вас жестокое сердце, — бросил обвиняюще Болвейн. — Жена старше меня на восемь лет и шире в два раза, это был брак по принуждению. Я не мог пойти против воли его величества.

Надо же, какие откровения. Если хитрый лис задумал вызвать у меня жалость, желание его утешить, то сильно просчитался. Видала и не таких.

— При всем уважении, нейт, ваши семейные проблемы меня не касаются, — проговорила терпеливо, при этом обходя его по дуге. — Но я вам сочувствую. Честное слово.

Эх, меня в театре явно не ждут. Не умею притворяться, хоть тресни! Вечно все на лбу написано. Естественно, Карлис Болвейн не поверил.

— Бросьте! Мне больше нравится ваша искренность, ваша открытость. Я бы хотел узнать вас поближе, нейра Олетта, — он сузил холодные голубые глаза.

Интонации были вроде бы доброжелательными, располагающими, но взгляд оставался цепким, как когти полярной совы. Сразу видно — ищейка, следователь, менталист. Кокордия говорила, что они еще более ушибленные на голову, чем боевые маги.

Они могут покопаться в твоих мозгах, узнать все тайные мысли и желания. А потом оставить жертву со сломанной психикой и выпотрошенной душой.

Недавно мне показалось, что Болвейн изменил мнение насчет меня. Понял, что я простушка, наивная глупышка, которая сбежала из монастыря ради мужчины.

Опять сменил тактику? Пытается играть, как кошка с мышкой?

Ну пусть знает, что мыши тоже бывают кусачими.

— Ваши лекарские таланты меня впечатлили, — он несколько раз хлопнул в ладоши. — После такого урока я сам могу быть костоправом. Вы играючи спасли жизнь мне, потом не дали Ламини стать калекой. Такая умная и строгая, как будто и не молодая девица передо мной стоит.

На миг я застыла, по спине пробежал холодок.

— Меня воспитывали монахини, не забывайте.

«Да отстань ты уже. Доставучий, как мозоль»."

"Обстоятельства не позволяли послать его куда подальше, особенно когда я собиралась просить его потолковать с королем.