На воле

С какой стати заказчику платить такие деньги за какую-то бабу, пусть даже чью-то жену?

– Кстати, – заметил Хорек, – мы не только пасли «мерседес», но и фотографировали тех, кто в нем находился. На одной из фотографий как раз этот хмырь, который работает в Госснабвооружении, муж этой бабы.

Колян сделал вид, будто ничего не произошло, лишь слегка кивнул головой. Варяг вышел из норы.

– Хрен разберет все их дела. Может, таким образом кто-то решил досадить ему. А может, он сам решил ее грохнуть, – продолжал Хорек и, обратившись к шоферу, произнес: – Спиридоныч, у тебя там где-то впереди пакет лежал. Дай мне его сюда.

Спиридонов поднял с пассажирского кресла увесистый пакет и протянул его Хорьку. Тот вытряхнул из пакета кучу фотографий себе на колени и стал быстро их перебирать.

– Где же он?.. Не то… не здесь… Вот он! – воскликнул Хорек. – Посмотри.

Радченко вытянул карточку из пальцев Хорька. Молодой мужчина не старше сорока лет был запечатлен выходящим из какого-то чрезвычайно солидного здания.

– Подойти к нему было невозможно, отовсюду загорожено, – пояснил Хорек. – Снимал настоящий профессионал, с очень большого расстояния. Как видишь, получилось. Оптика хорошая… Породистый мужик, ничего не скажешь.

Мужественное, волевое лицо. Такие экземпляры нравятся женщинам. Еще мгновение, и дверь захлопнется, а сам он займет место в кожаном салоне бронированного «мерседеса», массивный багажник которого виднелся на снимке. Конечно, такие типы непременно должны разъезжать на автомобилях стоимостью не менее двухсот тысяч долларов.

Однако Колян где-то уже видел этого человека только никак не мог вспомнить, где именно.

– У меня такое впечатление, что я его где-то уже видел. А у тебя нет такого ощущения?

Хорек неопределенно пожал плечами:

– Что-то не припомню. Хотя вся эта публика очень похожа друг на друга, – он брезгливо поморщился. – Дельцы, банкиры… Коммерсанты, одним словом!"

"Четвертым пассажиром в «БМВ» был Крот. Он еще не мог прийти в себя после чудесного освобождения и взирал на Коляна с нескрываемым обожанием. Оказывается, у Радченко все было всерьез, в своем распоряжении он имел целую армию отморозков, а получение новых паспортов для него оказалось сущим пустяком. По новым документам Крот оказался Семеновым Иваном Петровичем и уже начал забывать свое настоящее имя.

Судя по всему, Радченко готовил Крота для каких-то крупных дел, но разговор об этом пока заводить не спешил. Последнюю неделю Колян держал Крота при себе, и тот охотно исполнял роль телохранителя.

Глянув через плечо Коляна, Крот обомлел. Лицо мужчины было знакомо ему до последней черточки.