На улице Мира

– Уже какой день сопли по вечерам жует, как про него вспомнит.

Я покосилась на Ирку. А так даже не скажешь, что переживает. Разве что по-прежнему постоянно проверяет телефон. В этом вся Третьякова – напускная веселость, беззаботность, когда на душе кошки скребут. У меня же постоянно все эмоции написаны на лице."

"Постановка, не сказать чтобы имела оглушительный успех, но все же вызвала громкие дружные аплодисменты. На сей раз все обошлось без происшествий. Я наизусть протарабанила свой заученный текст, находясь в мыслях где-то далеко. Наверняка Селезнева сыграла бы эту роль намного лучше, если б не несчастный случай во время репетиции. Стремянку в итоге мы вообще убрали из реквизита, так что в конце со сцены я спрыгнула жива и невредима. Ирка, которая в спектакле выполняла роль звукача, последовала за мной. В дверях толпились одноклассники и ребята из параллели. Кресла были заняты учителями, выпускниками и их родителями. Мы с Иркой тоже встали недалеко от входа, ожидая торжественной части и развлекательной программы. На сцену вышла Лидия Андреевна со стопкой грамот.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ой, сейчас два часа награждать будут, скучища! – проворчала Ира. – Когда ж концерт?

При этом подруга несколько раз стрельнула глазами куда-то в сторону.

– Кого ты все высматриваешь? – не выдержала я.

– Ш-ш! Погоди!

Наконец я смогла разглядеть, на кого пялится Ирка. Чуть поодаль от нас стояла Циглер, которая в ответ немигающим взглядом уставилась на Третьякову.

– Что случилось? – почему-то запаниковала я. – Ир, почему ты на нее так смотришь?

Внезапно Амелия резко сорвалась с места и, пробираясь сквозь толпу, двинулась к выходу.

– Опять какую-то гадость задумала! – проворчала Ира. – Вот чувствую от нее новую подлянку!

– И что делать? – спросила я, поглядывая на сцену. – Как нам теперь быть?

– А я откуда знаю? – пробасил мне в ухо Пирожков. – Вопрос чисто риторический. Философский, я бы даже сказал!

Я вздрогнула и уставилась на одноклассника, который стоял теперь рядом со мной вместо Третьяковой. Сама Ирка, расталкивая всех локтями, следовала за Амелией. Чертыхнувшись, я под звуки поздравительных фанфар тоже последовала за одноклассницами.

Ира поджидала меня в рекреации.

– Сдурела? – накинулась я на нее. – Хоть бы предупредила, что сбегаешь. Стою там, сама с собой разговариваю, как блаженная.

– Бежим! Упустим ее!

– Да сдалась она нам сейчас? – удивленно проговорила я, едва поспевая за Иркой.

– А чего она так пялится? Нет, Вера, надо с ней серьезно поговорить!

Ирка даже воинственно закатала рукава белой рубашки.

– Погоди! – я притормозила и ухватила Ирку за рюкзак.