На улице Мира

Приходилось деланно безразличным тоном отвечать, что понятия не имею, чья это глупая шутка, и где здесь вообще смеяться.

Но все же некоторые реплики выводили меня из себя. Например, подружки Соболь всегда отличались тупостью и нетактичностью.

– Это правда твои новые родители? – спросила Настя Мороз в женской раздевалке после последнего в этом году урока физкультуры.

– Какие еще «новые»? – сердито отозвалась я. – У меня одни родители, и они сейчас в разводе. А это их вторые половинки.

– Сколько лет той брюнетке?

– Где же они с твоим папой познакомились? В ночном клубе?

– А твоему отцу лет сколько?

– А вы все вместе живете? – не унималась Мороз. – Впятером. Ну и, типа, с тем Хуаном тоже?

В раздевалке раздался дружный смех.

– Моя мама уже два года живет в Мехико, – сквозь зубы процедила я, натягивая джинсы.

– Мехико? – Мороз вздернула жирно подведенные карандашом брови. – Я думала, правильно – Мексика. Или где это вообще?

– Какая же ты тупая, Мороз! – не выдержала Ирка.

Настя только растерянно захлопала ресницами.

– Ну ты, Ирочка, за язычком следи, – в свою очередь, вступилась за подругу Оксана Соболь.

– Оу, ты вообще помолчала бы! – кипятилась Ирка. Третьякова заводилась с пол-оборота. Мы с Ирой долго думали, что делать с Соболь, но пока у нас отсутствовали доказательства. Поэтому было решено с боевыми действиями повременить. Тем более, что в деле появилась новая подозреваемая – Циглер.

Не знаю, чем бы закончился наш спор, так как Ирка уже воинственно сжала кулаки, но тут в раздевалку завалились шумные семиклассницы...

Марк не говорил со мной на тему дурацкого коллажа, чему я была очень рада. Какой же он все-таки правильный, тактичный, добрый, воспитанный, понимающий."

"Василевский надувал шары, а я уже отработанным движением их завязывала. Все мои мысли до сих пор были только о том злополучном посте в «Подслушано». Как я не гнала от себя образ Катерины, она все равно стояла у меня перед глазами. Меня пугали предстоящие перемены, так как совершенно очевидно, что в этот раз отец был настроен решительно. Значит, скоро Катерина переедет к нам. Мамочки… Я не сразу расслышала, о чем спросил у меня Марк.

– А? Что? – встрепенулась я.

– Вера, с тобой все в порядке?

– Да, все хорошо, – кивнула я, моля про себя, чтоб он не завел тему о том коллаже.

– Тогда держи! – Марк приготовил для меня новый воздушный шар.

Замешкавшись, я протянула руку к шару, а когда Василевский его передавал, шар с забавным звуком, сдувшись, подлетел вверх, а затем шлепнулся на пол. Мы оба проследили за ним, а встретившись взглядами, рассмеялись.

Внезапно Марк как-то неуклюже шагнул вперед и дотронулся губами до моей макушки.

– Ой! – от неожиданности я вскрикнула.

– Извини, – смутился Василевский моей реакции. – Как-то случайно вышло.