На улице Мира

Там, действительно, кто-то ходил! Медленно, из стороны в сторону…

– У-у-а-ы-ы-ы! – внезапно взвыла под моим ухом Руднева. Я чуть не умерла от страха!

– Руднева! – перепугавшись, закричала Третьякова. Потому зашипела: – Руднева! Сдурела?

– Простите! – пискнула Диана. – Не выдержала. Мне очень-очень страшно!

Стук наверху прекратился. Кто-то, услышав наши вопли, замер.

– Ну, вот, дура! Ты ее испугала! – сердилась Ирка.

– Ее? – переспросил со скепсисом в голосе Никита.

– Ту девчонку, которая повесилась…

– Ир, ты же не всерьез? – хрипло рассмеялся Никита.

И снова раздались шаги над нашими головами. Теперь некто совершенно точно направился к лестнице. Сердце замерло в груди. Никогда не верила ни во что потустороннее, но здесь в голову полезли самые глупые устрашающие мысли…

– Слышите? К нам идет! – довольным голосом проговорила Амелия. Видимо, адреналин и у нее зашкаливал, и все происходящее приводило одноклассницу в восторг.

– Разве привидения не должны летать по воздуху? – сдавленным от волнения голосом спросила Диана.

– Да какие еще привидения? – сердился Никита. Даня в этот момент только очумело вертел головой. – Скорее уж, какой-нибудь отморозок. Видела, сколько здесь бутылок и окурков? Кого еще может привлечь такое место?

– Только таких дураков, как мы, – тихо добавила я.

С каждым новым шагом сверху сердце замирало. Чем ближе этот «некто» подходил к лестнице, тем больше мне хотелось заверещать от страха и кинуться обратно в лес.

Когда показались два белых кеда, мы перевели дух. Неужели я, и правда, могла допустить в мыслях, что призраки существуют? А когда нарушитель нашего спокойствия явил себя целиком, мы с Дианой хором выкрикнули:

– Марк?!

Луч от фонарика Василевского вздрогнул. Лицо Марка было бледным и растерянным.

– На фига так пугать? – напустилась на одноклассника Ирка. Циглер казалась жутко разочарованной. Наверное, для нее лучше б к нам прям на ремне с круглой пряжкой со второго этажа спустилась выдуманная девчонка.

– Это вы меня напугали, – глухим и каким-то чужим голосом сказал Василевский, странно поглядывая в нашу с Никитой сторону. Мы с Яровым по-прежнему держались за руки. Я быстро посмотрела на Никиту. Тот с хмурым видом не сводил с Марка немигающего напряженного взгляда.

– Что ты тут делаешь? – весело спросил Даня. Кажется, среди нас он был единственным, кто был рад встретить Василевского. Что ни говори, а Третьяков, похоже, жутко перетрухнул. Он наверняка мог поверить в ту байку с повешенной. Уж слишком достоверным казалось все в такой жуткой обстановке. Ночью, посреди темного леса, в обшарпанных стенах…"

"– Я Кузе в карты проиграл, – все тем же тихим голосом продолжил Марк. – Бились на желание. По его условию, я должен был дойти до лагеря и запустить трансляцию.