Удержаться на краю

Ну, парни тут – Саша, Ваня, Коля, Игорь и далее – ничего примечательного. И в процентном соотношении парней в семье было меньше, и преступления они совершали незатейливые: злостное хулиганство, воровство, разбой. Никаких извращений, короче, все просто, как ножка стула: украл, выпил – в тюрьму. Зато девчонок было с избытком, и имена им давали – закачаешься, и преступления у них, можно сказать, на почве страсти. Вот слушай: Карина Клемпач – квартирные кражи, сводничество. Кристина Клемпач – проституция, сводничество. Есения Клемпач – торговля наркотиками, скупка краденого. Аурелия Клемпач – нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, организация преступной группы… Да, эта милая барышня выйдет лет через пятнадцать, тут умышленное убийство. Есения, Аурелия – где они такие имена брали? Каролина Клемпач – проституция, вовлечение в занятия проституцией несовершеннолетних. Марианна Клемпач – проституция, скупка краденого, растление малолетних: дочку свою, одиннадцатилетнюю Ренату Клемпач, по сходной цене гражданам напрокат сдавала, пока та не оказалась беременной… Изольда… а, эту убила как раз Аурелия, что-то девочки не поделили. Изабелла – мошенничество, надо же, и хватило мозгов! Янина…

– Дэн, прекрати. – Виктор содрогнулся от отвращения. – Это какой-то паноптикум, цирк уродов! Я бы таким «героиням» зашивал героическое место, чтоб не плодились.

– Или принудительная стерилизация. – Реутов поморщился. – Это же надо суметь – родить восемнадцать детей, семнадцать из которых – тупо преступники. И их дети тоже.

– Династия, однако. – Виктор пожал плечами: – Неудивительно, что наша потерпевшая сбежала от них, поменяв пароли и явки. Меня другое удивляет…

– Как она в такой кислотной среде выросла нормальной? – Реутов закрыл страницу картотеки и потянулся. – Ну, так в семье не без урода, Вить. Вот в данной семейке она и оказалась штатным уродом, как ни странно это звучит.

Открылась дверь, и на пол, звякнув, опустился пакет. Дверь закрылась, Виктор удовлетворенно ухмыльнулся:

– О, пивко. Выдрессировал их Семенов. Будешь?

– Нет, я чаю. – Реутов листает отчет. – Значит, так. Вещество использовалось когда-то спецслужбами, и сейчас его не выпускают.

– Но у киллера оно было.

– Как видишь. – Он включил чайник. – Не стыкуются эти два нападения. Ничего общего не было у барышень. Ну, кроме места проживания. Они не общались, имели разный круг интересов, никаких общих знакомых – кроме соседей, безусловно. Согласно данным, предоставленным оператором сотовой связи, они никогда не созванивались, не обменивались эсэмэсками, в списке контактов друг у друга не значатся.