Трое на каникулах

 – Интересно, а днем ты тоже мои мысли можешь читать?»

«Не мысли. Эмоции. Но да, самые яркие читаю, поэтому и молчу. Оттянуть внимание скверны на себя, тем самым спасая других, это благородно. Но все же вы поступили опрометчиво, понадеявшись, что у вас хватит сил продержаться до прибытия подмоги».

«Это наш долг», – твердо ответила я.

«Да, – повторил призрак. – Но у тебя есть и иные обязательства. Если ты умрешь, они останутся неисполненными. А шансы на то, что это случится, растут с каждой минутой».

Я виновато улыбнулась.

Все так. С тенью нас связывает магический контракт, вот только мне, скорее всего, свою часть сделки выполнить не удастся. Если столичные маги промешкают, мы умрем. В первую очередь потому, что позволить скверне забрать наши тела нельзя было ни при каких обстоятельствах. Но поскольку нас здесь всего пятеро и против нашей команды скоро выступит все население города, шансов выжить под таким напором очень немного. Вернее, их практически нет. Поэтому, как только твари прорвут оборону, эрт Экради взорвет храм к Саановой матери. Причем взорвет его вместе с нами. Мы договорились.

«Хорошо, что ты это понимаешь, – уже спокойно отозвался Норр, наконец-то проявляясь в воздухе. – Но не в моих интересах позволить вам умереть, поэтому садись, слушай и запоминай…»

Примерно до полуночи нас никто не беспокоил. Ни птицы, ни крысы, ни иные гости, хотя, видят богини, мы ждали их с нетерпением. Тогда же я поняла, что ожидание – намного более трудное испытание, чем собственно сражение. Ведь когда идет бой, твой враг находится рядом. Нужно не думать, а действовать. А когда ты еще только ждешь его появления, то толком не знаешь, когда он появится, откуда придет и как именно себя проявит.

Говорят, неизвестность пугает. И это действительно так. Но еще она незаметно забирает решимость, потихоньку подтачивает волю и, если затягивается надолго, усыпляет бдительность.

Я убедилась в этом на собственном опыте, пока мы по очереди дежурили у окон и напряженно всматривались в темноту. Огни на земле, оставленные погибшими птицами, давно прогорели. Вмороженные в лед и обезглавленные Ланкой крысы тоже перестали шевелиться. Поэтому на протяжении некоторого времени мы сидели в полной темноте и в почти мертвой тишине. И только из-под купола храма изредка доносился невнятный шорох.

Наконец Злюка снова подала голос, и мы одновременно встрепенулись.

– Что, пора? – прошептала Ланка, подтянув поближе обнаженный клинок.

Эрт Экради, которому как раз выпала очередь караулить, молча кивнул, и мы рассредоточились у окон, настороженно поглядывая наружу.

Что ж, все верно. По какой бы причине нежить ни медлила, ее время все-таки пришло, и мертвяки начали один за другим появляться в поле нашего зрения. Выходили медленно.