Гарем на шагоходе. Том 4

"

"— Такой грубый… А ведь я искренне хочу загладить свои проступки. Нет, правда, — мулатка наклонила голову к плечу.

Никто не умеет так смешивать мягкость и хищный оскал — только она.

— Твоя искренность обычно заканчивается кровопролитием.

— Ничего не поделать, сладкий. Я же вампир.

С этими словами она опустилась на колени.

Девичьи пальцы ловко загремели пряжкой и расстегнули на мне пояс.

— Так что ты там пела? Не надо опошлять?

— Это всего лишь песенка, — она стрельнула на меня глазками. — И всякому отсосу свое время.

Последовал вжик ширинки.

— И ты еще будешь рассказывать мне, что не хочешь? — улыбнулась кровососка, доставая мой аппарат. — Столько напряжения… я помогу тебе снять его.

— Заткись, — бросил я. — Собралась сосать, так соси.

Высунув длинный язычок, она скользнула им по головке члена, а я схватил ее за волосы на затылке и пригрозил:

— Даже не вздымай выпустить клыки.

После чего двинул ее голову вперед. Вампирша с готовностью приняла мой член в рот и начала сладко засасывать и отпускать, периодически стреляя в меня красными глазками. Она помогала себе рукой, а я двигал бедрами в такт ее движений, но волосы не отпускал. Чувствовал, как играет ее язык.

Потом засунул ей глубже гланд, вампирша проглотила его. Узкая глотка непроизвольно сжималась, а потом кровососка начала сглатывать слюну, и ощущения стали еще сильнее. Иногда клыки чуть выдвигались вперед и начинали царапать кожу, тогда я жестко стискивал ее волосы, и вампирша брала себя в руки.

Такую тварь нужно подчинять.

Нужно доминировать, чтобы она тупо не забывала свое место.

Сейчас она подчинялась добровольно, но нет гарантий, что за этим не стоит желание усыпить мою бдительность.

Ближе к концу я обхватил ее голову руками и наяривал ей в рот со всей силы, засовывая глубоко в горло и не позволяя дышать, пока не кончил.

Тогда она попыталась отстраниться, но я не позволил. Мой член дергался у нее в глотке, выпрастывая порции спермы, которую ей пришлось проглотить. Только после я вытащил член из ее рта и позволил продохнуть.

Вместе с судорожным вдохом на свободу вырвались ее клыки.

Она посмотрела на меня замутненными глазами и вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Даже не вздумай болтать, — предупредил я. — У меня нет настроения тебя слушать.

— Что ты, мой бог! Я готова и дальше занимать свой рот чем-то теплым.

Она стала игриво наминать мой орган и покрывать его сладкими поцелуями, спускаясь все ниже по стволу, пока не добралась до паха. Я знал, что она сейчас сделает, так что снова сграбастал в охапку ее белые пряди, но отдирать не стал — все же она заслужила награду.

— Говорят, что пиявки забирают дурную кровь, — вампирша не удержалась от болтовни.