На то и волки – 2

 — Мне, например, случалось видеть, как такие вот прелестные головки валялись на дороге совершенно отдельно от туловища, а мой друг, что стоит у вас за спиной, видывал сцены и почище… Пальчики мы вам ломать не будем, есть более эффективные, но еще более болезненные процедуры.

Короче говоря, не грозите отмщением — оно все равно опоздает — и не бейте на жалость. Когда баба лезет в мужские игры, жалости не бывает…

Она боялась, ясно как божий день, но все же, Данил понимал, всей серьезности не осознавала. Чересчур уж холеная и благополучная молодая дамочка, трудно перестроиться и понять, что оказалась у параши…

— Я требую…

— Ну, хватит, — поморщился Данил. — Адвоката? Совершенно идиотское требование, уж простите. Смех… Звонка телефонного требуете? Уж не майору ли Пацею, с коим вчера так мило беседовали по телефону из Москвы? Вам пленочку прокрутить или так поверите?

— Вы и не представляете, во что ввязываетесь…

— Это я-то? — без всякого наигрыша удивился Данил. — Ада, вы еще запущеннее, чем мне казалось… Это вы не представляете, что может случиться с вашими наманикюренными ноготками уже через четверть часика…

— Что вам от меня нужно?

— А знаете, это уже напоминает деловой разговор, — сказал Данил. — Похвально… Вот бумажка номер один. Согласно данной квитанции, выданной заведением «Колесо Фортуны», вы поставили сорок две тысячи зеленых на то, что Лукашевич перестанет быть президентом уже в этом году. Бумажка номер два, аналогичного содержания. Варшавский филиал «Роббинс и Фаулер». Двадцать шесть тысяч долларов. В Европе ставки принимают с большей осторожностью, там соотношение не столь задрано, всего-то семь к одному — но все равно нехило… Всего — шестьдесят восемь тысяч. Я ничего не утверждаю прямо, но чутье мне подсказывает: где-то есть и третий квиток, на тридцать две тысячи, потраченных на столь же азартное и полностью аналогичное предприятие. Чую, есть третий квиток. Очень уж подозрительно согласуется с теми ста тысячами баксов, которые вы получили под льготный процент благодаря содействию одного вундеркинда-реформатора… Простите, Ада, но это — дрянная мелочность. Не удержались, решили хапнуть куш…

— Вы полагаете, в этом есть что-то криминальное?

— Как сказать… Будь у вас миллиончик баксов, все можно было бы и списать на азарт.