На пороге Тьмы

Там пахло недавним ремонтом, на ступеньках лестницы были видны следы плохо отмытой побелки, а стены были покрыты свежей краской, правда, унылого конторско-зеленоватого цвета, во времена моего детства общего чуть ли не для всех учреждений.

Кабинет Ивана оказался на первом этаже, в самом конце коридора, и представлял собой не слишком просторную комнату с двумя тесно составленными столами и стеллажами во всю стену. Кроме нас троих, вошедших разом, в нем больше никого не было.

– Чай будете? – спросил он, изображая гостеприимного хозяина.

– Будем, – лаконично ответил я и скосил глаза на электрический кипятильник. – И электричество есть?

– А как же! Сразу же провели, главный выбил. И свет, и телефоны.

Ну вот, а я все думал, прав я насчет его авторитета, или не прав. Какие тут машины, в Углегорске даже не во все учреждения свет протянули, а тут пожалуйста, за десять километров от города.

Я уселся на стул в углу, выложив перед собой на стол карабин, брякнувший тяжко, и спросил:

– Ну как, будешь просвещать, зачем мы понадобились?

– Можно и просветить, – кивнул Иван, опуская кипятильник в банку с водой. – Карту на стене видишь?

Я посмотрел куда сказали и обнаружил большую и подробную карту области с отдельными областями, заштрихованными черной косой линией. Ага, почти то, что нам с Федькой надо, к слову.

– И чего с картой?

– В пограничной зоне Тьмы есть черные пятна, видишь?"

"Действительно, по самому извилистому контуру границы были разбросаны несколько черных кружков, заштрихованных гуще.

– И что это?

– Тьма все время возникает из каких-то очагов, – сказал Иван, расставляя по столу алюминиевые кружки. – Каждое новое ее пятно, каждый всплеск, каждое появление, имеет какой-то эпицентр. Вот эти самые пятна эпицентрами и являются, это те места, которые нам удалось идентифицировать как «точки выплеска». Так их назвали, уже официальный термин.

Я молча слушал, разглядывая карту. На первый взгляд никаких общих черт между этими самыми «точками выплеска» не было. Некоторые пришлись на населенные пункты, некоторые на совершенно пустые места.

– А что, они только на границе бывают? – спросил Федька.

– На границе мы их сумели зарегистрировать, – сказал Иван, выставляя сахарницу – обычную полулитровую стеклянную банку, наполненную колотым кусковым сахаром. – А что в глубине самой Тьмы делается, мы проверить и посмотреть не можем, сам понимаешь.

На стол со звяканьем легла пара ложек, чайная и большая.

– В общем, мы тут пытаемся выявить хоть какие-то закономерности, хоть какую-то корреляцию между появлением «выплесков» и чем-то еще.

– И есть идеи? – спросил я.