На пороге Тьмы

Я даже не предупредил, что собираемся на мародерку, надо поговорить будет.

Заправка была далеко, у самого третьего КПП, куда подходила ветка с углеперерабатывающего завода, расположившегося прямо у разреза. Чугунные колонки с циферблатами, крашенные в оранжевый цвет, рядом колонки поменьше, с надписью «Вода» и «Масло». Мужик в невероятно замасленном комбинезоне и пропитанным этим же маслом сапогах, который что-то крутил у одной из колонок. Обернулся на звук мотора, дождался когда подъедем.

– Сколько и чего лить? – спросил.

– Бензин лей, – вздохнул Федя. – Девяносто литров.

Тот лишь чуть брови приподнял, затем сказал:

– По трояку литр сейчас.

– А то я не в курсе, – еще раз вздохнул Федя, отсчитывая деньги.

Выдержав короткую паузу, он доложил к кучке еще пятерку, сказал:

– Давай, нормально долей, чтобы девяносто и получилось.

Тот лишь ухмыльнулся мимолетно, сунул «бонусный» пятерик в нагрудный карман, и взялся откручивать крышку бензобака.

– На будущее учти, – обернулся Федька ко мне. – Сверху не докинешь – точно не дольют. При этом стрелка на колодке как надо будет двигаться.

– А так чего, дольют? – удивился я.

– Вероятность куда выше. Этот точно дольет."

"Я выглянул еще раз в окно, чтобы получше рассмотреть честного заправщика, затем кивнул:

– Ага, запомнил.

Масла он тоже и в двигатель чуть долил, и еще канистру десятилитровую взял. Закинул в кузов. Где у него пристроился железный запирающийся ящик, и забравшись обратно в кабину, сказал:

– Без запаса масла тоже из города не суйся никуда. Тут и сальники пробивает, бывает, и пулей пробить могут, так что помни. Я так вообще половину машину в запчастях с собой таскаю.

– Ну это понятно, – кивнул я. – Мы с отцом в свое время в Карелию на рыбалку на машине катались, так тоже помню. Ящик в багажнике, а в багажнике чего только не было, от ремней до крестовин и даже амортизаторов.

– Точно. Теперь Сберкасса, потом за стволами, чтобы с утра время не терять. Выедем по темноте, окраины на скорости проскочим, потом места будут безопасные. А как светать начнет, мы уже далеко будем.

– Годится.

* * *

На аэродроме было тихо, самолеты стояли в ангаре. Все ворота были заперты, лишь в крайних открыта калитка. Внедорожника с прицепом не было, а какой-то средних лет худощавый мужик в пилотском кожаном плаще начищал сапоги, поставив ногу на подножку полуторки. Рядом стоял прислоненный к крылу велосипед.

Увидев меня, он молча кивнул, словно так и надо, и продолжил свое занятие. Настю я нашел в ангаре, в «бытовой зоне», моющей руки под рукомойником.

– Ну, пришел, – улыбнулась она. – А я уже и не ждала, думала что сбежал.

Она стояла так, что не оставалось никаких сомнений, что надо сделать. Я ее обнял и поцеловал.

– Ты чего меня забыл? – спросила она. – Ты же выходной.