На пороге Тьмы

Земля же не прекратила вращаться вокруг своей оси и вокруг Солнца, верно?

– Ну… да, пожалуй.

– Еще момент – все сюда проваливаются из двухтысячного года. И так последние десять лет.

– Как так? – спросил я.

– Два варианта – или эти слои отстоят друг от друга на столько времени, а каналы отсюда образовались только в двухтысячный, или мы попадаем сюда с разной скоростью, просто этого не замечаем. Тут утверждать наверняка не возьмусь, моя модель допускает обе версии.

– То есть все же плотина сдвигается к водопаду? – спросил я.

– Да, так вернее, – подтвердил Милославский.

– Сколько еще осталось?

– Не знаю. Долго. Но опять же, долго это как? По скорости разрастания областей Тьмы, по частоте появлений ее порождений – лет сто.

– Помрем раньше, – усмехнулся Кирилл.

– Уверены? – обернулся к нему профессор. – Лично я – нет. Не стареем же. Да и какая жизнь наступит тогда, когда Тьма займет хотя бы половину суши, а? В норах жить будем, носа не высовывать, друг друга жрать.

– Хм… да… и вправду…

– А что там, в границах Тьмы? – спросил я.

– Никто не видел. Заглянуть не можем, там и воздействие на психику такое, что люди с ума сходят, и тварей столько появляется, что не прорвешься. Сектанты разве что забегают кратковременно, но у них не спросишь.

– А пытались?

– Еще как, только шкура клочьями, – поморщился он. – В любом случае, то, что находится там, настолько же враждебно человеку, который по сути порождение Света, как тот самый свет – темноте, огонь – воде. Несовместимость. Я даже допускаю, что не только порождения Тьмы прорываются к нам, жуткие и опасные, но и порождения Света прорываются туда, во Тьму, сея ужас и смерть. Мы не можем проверить, но исключить такого не можем.

* * *

Милославский загрузил. Не в плохом смысле этого слова, просто задумался сильно после беседы с ним. Уселся на мотоцикл и сидел на нем изваянием в плащ-палатке минут десять, пытаясь привести в порядок мысли.

– Володь!

Голос подошедшего Кирилла Баринова вывел меня из оцепенения.

– Ась? – обернулся я нему.

– Ты в какую сторону?

– Туда, – показал я рукой. – На Краснопролетарскую, к аэродрому.

– О, отлично! – обрадовался он. – У первого КПП высадишь?

– Если покажешь, где это, – честно ответил я.

– Не доезжая аэродрома, справа. Тебе по пути. А я оттуда с попуткой на работу уеду.

Я вспомнил, что по карте ТЭЦ за периметром. Точнее даже в отдельном периметре, как стратегический объект особой важности.

– Не вопрос, – кивнул я. – Вон, в люльку залезай. Ну чего, договорились с профессором?

Кирилл задержался, когда я выходил, спрашивал что-то насчет собеседования.

– Надеюсь. Может и возьмут.

– На ТЭЦ плохо? – спросил я, трогая мотоцикл с места.

– Скучновато, если честно.