Единственная женщина на свете

Вадим виделся единственной помехой на пути к нашему счастью, и Стас предложил его убить. Поначалу я решила, что он шутит. Но мозги мне он вправил быстро, и уговаривать долго меня не пришлось. Я сделала то, что сделала, оправдывая себя тем, что другого выхода нет. Вранье. Выход всегда есть. Но в тот момент я считала иначе. Я-то думала, что Стасу нужна я, оказалось – деньги. Миллион долларов США, с которыми он покинул этот город, оставив мне бельевую веревку – верное средство от угрызений совести. И несчастной любви. Веревкой я не воспользовалась, духа не хватило. Или помешала здравая мысль, что один грех не искупить другим. И я попробовала жить без него. Не скажу, что хорошо получалось, но кое-как справлялась. Пока несколько месяцев назад судьба вновь не свела нас – преуспевающего бизнесмена из Питера с молодой женой и меня, дворничиху с разбитым сердцем. Ничего хорошего из этого, само собой, не вышло. Я вляпалась в очередную историю, где вновь фигурировал труп, а Стасу с женой пришлось спешно покинуть город. Отец Насти погиб, она стала богатой наследницей, а наследство пригляда требует. Вот Стас, должно быть, и вернулся, решив, что три месяца – достаточный срок, чтобы страсти поутихли. Напрасная надежда. В городе был человек, для которого поквитаться с ним было навязчивой идеей. Вряд ли он успокоится и за куда больший срок. Человек этот – Дмитрий Ломакин, Димка – сын Вадима. После гибели отца он, по слухам, занял его место. Ко мне у него тоже были существенные претензии, что не удивительно[2]. Однако после того, как Стас с Настей покинули город, Димка никак себя не проявлял. Ни звонков с угрозами, ни звероватого вида парней под окнами. Может, ждал чего-то, а может, я казалась ему существом незначительным. Заводной игрушкой, которая пляшет по хлопку хозяина. Славка принял самое деятельное участие в той истории и предложил мне на некоторое время уехать за границу, но я отказалась. Может, не очень-то боялась чужой мести, а может, потому, что решила – у Димки есть на это право.

Рюмка так и осталась нетронутой, а я вдруг поняла, что верчу в руках мобильный. Номер Стаса я помнила наизусть, если он его не сменил, конечно. Позвонить? Зачем? Телефон притягивал взгляд, манил, как бесценное сокровище. Я резко поднялась и направилась к выходу, оставив его на столе рядом с нетронутой рюмкой.

Верка подняла взгляд от монитора компьютера и весело подмигнула:

– Привет.

– Как дела? Удалось совершить что-нибудь путное во славу российского бизнеса?

– Мне бы замуж, – промычала Верка. Рост у нее выдающийся и комплекция тоже. Копна рыжих волос и огромные глазищи. Мужики должны столбенеть.